История русской живописи во второй половине XX века (Изумительная Мегаподборка)

Начиная рассказ о русской живописи второй половины XX века, невольно хочется поправить себя: ведь в те годы «русское искусство» примерно означало «дореволюционное», а страна тогда называлась Советский Союз, стало быть, и живопись была советская. Не правильнее ли будет и теперь именовать ее так, сообразно традиции?

Однако мы этого делать, пожалуй, не станем. Советский период — лишь часть истории России (и не только России, конечно). Очень важная часть, значимая, полная взлетов и трагедий. Но русская история началась гораздо раньше и продолжается сейчас, когда Советский Союз ушел в прошлое. Те художники, о которых пойдет речь, — продолжатели традиций, складывавшихся веками.

Жили они в то время, которое им выпало. Они были его детьми; через их души проходили все по беды и беды, надежды и заблуждения этого времени. И они запечатлели его и сохранили для нас.

Направление, которому следовали художники советского периода (конечно, не все, но большинство), официально именовалось социалистический реализм. Оно, помимо общих принципов реализма, включало строго определенное идейное содержание; но, конечно, с течением времени не оставалось неизменным. Так, на рубеже пятидесятых-шестидесятых годов на смену красочной праздничности, воспевавшей свершения советского народа и его счастливую жизнь, пришел так называемый «суровый стиль». Его приверженцы использовали сильные, но лаконичные выразительные средства; их персонажи, некрасивые, грубоватые, проявляли непоказное мужество в тяжелых жизненных ситуациях. Формирование «сурового стиля» во многом связано с тем огромным влиянием, которое оказала на изобразительное искусство, как и на всю жизнь нашего народа, Великая Отечественная война.

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Победа. 1970-1972. Холст, масло. 200 х 150 см. Государственный Русский музей

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Победа. 1970-1972. Холст, масло. 200 х 150 см. Государственный Русский музей

ПЕТР КРИВОНОГОВ. Защитники Брестской крепости. 1951. Холст, масло. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

ПЕТР КРИВОНОГОВ. Защитники Брестской крепости. 1951. Холст, масло. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

ПЕТР КРИВОНОГОВ. Поединок. 1964. Холст, масло. 136 х 202 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

ПЕТР КРИВОНОГОВ. Поединок. 1964. Холст, масло. 136 х 202 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

ПЕТР КРИВОНОГОВ. Не забудем, не простим. 1942. Холст, масло. 187 х 250 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

ПЕТР КРИВОНОГОВ. Не забудем, не простим. 1942. Холст, масло. 187 х 250 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

Она явилась потрясением такой силы, что память о ней вновь и вновь оживает даже в душах тех, кто родился спустя много лет после Победы. Не удивительно, что связанная с ней тематика занимает важное место в русской живописи исторического и батального жанра.

Эти жанры всегда были особо значимы для русского изобразительного искусства. Они воплощают историческую память, без которой не может быть ни народа, ни личности. Студия военных художников имени М.Б. Грекова была создана еще в мирное время; в годы войны многие художники, входившие в ее состав, сами участвовали в сражениях, в полной мере смогли испытать тяготы военного быта, прочувствовать, каково это, когда смертельная опасность становится частью повседневной жизни.

Одним из таких художников был П.А. Кривоногов (1911—1967). В детстве ему пришлось хлебнуть лиха: рано потерял родителей, бродяжил, потом воспитывался в детском доме, где и начал заниматься рисованием. Во Всероссийской академии художеств его учителями были К.Ф. Юон и П.А. Шиллинговский. С самого начала учебы молодого живописца тянуло к военной тематике, особенно к изображению Гражданской войны, о которой у него сохранились яркие детские воспоминания. Его дипломной работой стала картина «Поход Таманской армии» (1938).

А потом началась война Отечественная. К тому времени Кривоногов, в 1939 году призванный в армию, уже был членом Студии имени М.Б. Грекова, работал над диорамой «Прорыв линии Маннергейма». Работу пришлось прервать; и все свое дальнейшее творчество художник посвятил событиям этих четырех грозовых лет. Он сам прошел по военным дорогам и хорошо знал то, о чем рассказывал в своих картинах. Часть из них была написана еще в военное время по живым впечатлениям, на основе фронтовых зарисовок: «Рейд Доватора», «Зверства в Речице», «В Волоколамске», «Корсунь-Шевченковский».

Весной 1945 года художник стал участником битвы за Берлин. Прося прикомандировать его к части, штурмовавшей город, он говорил: «Я должен написать картину, которая бы характеризовала победное окончание войны». Такая картина — «Капитуляция немецких войск в Берлине» — вскоре была создана. Глядя на нее, чувствуешь запах пороха и вкус гари на губах, и кажется, что война закончилась только что. Еще дымится от пожара здание Рейхстага, развевается над ним флаг Победы, и темный ряд пленных фашистов тянется мимо советских воинов-победителей.

Но жизнь — это не только война. Это — природа, земля, которая и в самые тяжкие годы цвела, зеленела, спала под снегом, покрывалась осенними листьями и талой водой. На выставке 1945 года Кривоногов представил портрет Героя Советского Союза капитана Р. Яшука и несколько тонких, поэтических пейзажей: «Сосны, освещенные солнцем», «Мартовский ручей», «После дождя в лесу», «Оттепель». Он умел замечать эту красоту посреди боев и изматывающих переходов; в конце концов, за то и воевали советские солдаты, чтобы она, эта красота, осталась с нами.

В 1947 году Кривоногое написал картину «Победа», полную ликующего торжества. Она стала центральной, но не итоговой в ряду его военных произведений. Сразу после ее окончания он взялся за новое полотно — «На Курской дуге», показав мрачную и величественную панораму только что отгремевшего сражения, грандиозность которого трудно осознать. Наконец, в 1951 году была создана картина «Защитники Брестской крепости» — воспоминание о первых днях войны, о первом отчаянном противостоянии надвигающейся страшной силе, когда Победа была еще так немыслимо далека…

ПЕТР КРИВОНОГОВ. Победа. 1948. Холст, масло. 242 х 389 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

ПЕТР КРИВОНОГОВ. Победа. 1948. Холст, масло. 242 х 389 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

Важное место заняла военная тема в творчестве Б.М. Неменского (1922 г. р.). Выдающийся художник, ученый, педагог, он начал свою творческую деятельность двадцатилетним юношей в самый разгар войны — в 1942 году, когда, окончив Московское, а затем Саратовское художественное училище, вошел в состав Студии имени М.Б. Грекова. Не раз выезжал на фронт, бывал там подолгу. Его фронтовые зарисовки («Все, что осталось», «Вернулись домой», «Сирота из Великих Лук», «Солдат») стали настоящей летописью великой войны, правдивой и глубоко лиричной. Важная часть этой летописи — «Берлинский дневник» (1945), состоящий из нескольких десятков рисунков и живописных этюдов.

Тема войны продолжала звучать в творчестве художника и годы спустя. Тема эта у Неменского в первую очередь лирическая. Он не писал масштабных полотен со сценами сражений, его картины о людях, вынесших на своих плечах эту войну. «Мать» (1945), «О далеких и близких» (1950), «Сестры наши» (1952), «Дыхание весны» (1955), «Машенька» (1956)…

Перед нами чередой проходят лица и судьбы. Мужчины и женщины, измученные, стойкие, живущие надеждой. Пронзительное впечатление производит картина «Земля опаленная» (1957). Эта земля, еще не остывшая после боя, изуродованная снарядами и гусеницами танков, она все-таки жива. И живы солдаты, им повезло уцелеть в бою. Они отдыхают, привыкая
к мысли, что живы, что на сей раз смерть прошла мимо; и, может быть, повезет дожить до победы и вылечить эту искалеченную землю…

БОРИС НЕМЕНСКИЙ. Мать. 1945. Холст, масло. 84 х 94 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

БОРИС НЕМЕНСКИЙ. Мать. 1945. Холст, масло. 84 х 94 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

БОРИС НЕМЕНСКИЙ. Земля опаленная. 1957. Холст, масло. 200 х 300 см. Государственная Третьяковская галерея

БОРИС НЕМЕНСКИЙ. Земля опаленная. 1957. Холст, масло. 200 х 300 см. Государственная Третьяковская галерея

БОРИС НЕМЕНСКИЙ. Дыхание весны. 1955. Холст, масло. Государственный Русский музей

БОРИС НЕМЕНСКИЙ. Дыхание весны. 1955. Холст, масло. Государственный Русский музей

БОРИС НЕМЕНСКИЙ. «Это мы, Господи!» (Безымянная высота). 1960—1995. Холст, масло. 280 х 135 см. Частное собрание

БОРИС НЕМЕНСКИЙ. «Это мы, Господи!» (Безымянная высота). 1960—1995. Холст, масло. 280 х 135 см. Частное собрание

БОРИС НЕМЕНСКИЙ. Зеркало. 1991. Из цикла «Притча об инакомыслии». 1990—1995. Холст, масло. 150 х 312 см

БОРИС НЕМЕНСКИЙ. Зеркало. 1991. Из цикла «Притча об инакомыслии». 1990—1995. Холст, масло. 150 х 312 см

Близок Неменскому в трактовке военной темы Г.М. Коржев (Коржев-Чувелев; 1925 г. р.). В его цикл «Опаленные огнем войны» (1964—1967) входят картины «Проводы», «Заслон», «Мать», «Старые раны». Но в своем видении мира художник больше склонен к романтической героике, чем к лиризму. Его работы глубоко эмоциональны, каждая деталь в них (например, пустой гулкий двор с кирпичной стеной и тревожно освещенными окнами в картине «Проводы») подчеркивает настроение, мгновенно передающееся зрителю.

ГЕЛИЙ КОРЖЕВ-ЧУВЕЛЕВ. Проводы. Из серии «Опаленные войной». 1967. Холст, масло. 200 х 200 см. Государственный Русский музей

ГЕЛИЙ КОРЖЕВ-ЧУВЕЛЕВ. Проводы. Из серии «Опаленные войной». 1967. Холст, масло. 200 х 200 см. Государственный Русский музей

ГЕЛИЙ КОРЖЕВ-ЧУВЕЛЕВ. Заложники. Холст, масло. Центральный дом художника, Москва

ГЕЛИЙ КОРЖЕВ-ЧУВЕЛЕВ. Заложники. Холст, масло. Центральный дом художника, Москва

ГЕЛИЙ КОРЖЕВ-ЧУВЕЛЕВ. Поднимающий знамя. 1957—1960. Холст, масло. 156 х 290 см. Государственный Русский музей

ГЕЛИЙ КОРЖЕВ-ЧУВЕЛЕВ. Поднимающий знамя. 1957—1960. Холст, масло. 156 х 290 см. Государственный Русский музей

ГЕЛИЙ КОРЖЕВ-ЧУВЕЛЕВ. Дон Кихот и Санчо. 1980—1985. Холст, масло. 200 х 160 см. Государственный Русский музей

ГЕЛИЙ КОРЖЕВ-ЧУВЕЛЕВ. Дон Кихот и Санчо. 1980—1985. Холст, масло. 200 х 160 см. Государственный Русский музей

ГЕЛИЙ КОРЖЕВ-ЧУВЕЛЕВ. Егорка-летун. 1976-1980. Холст, масло. 200 х 232 см. Государственная Третьяковская галерея

ГЕЛИЙ КОРЖЕВ-ЧУВЕЛЕВ. Егорка-летун. 1976-1980. Холст, масло. 200 х 232 см. Государственная Третьяковская галерея

Характерно, что кисти художника принадлежат работы, которые можно назвать символом социалистического реализма: триптих «Коммунисты» («Интернационал», «Гомер <Рабочая студия>», «Поднимающий знамя», 1957—1960). Глядя на эти великолепные картины, полные экспрессии и внутренней силы, начинаешь понимать, как много значили для людей того времени их идеи.

Романтиком можно назвать и Е.Е. Моисеенко (1916—1988). Его исторические полотна посвящены Гражданской и Великой Отечественной войнам («Генерал Доватор», «Первая Конная», «Красные пришли», «Ополченцы», «Товарищи», «Матери, сестры», «Черешня», «Победа»). Их герои — это люди из легенды. Их чувства сильны и высоки, характеры обозначены четко и ярко. Но вместе с тем они конкретны и зримы, в них нет романтической условности, и это понятно: военные тяготы были известны Моисеенко не понаслышке.

В 1947 году, когда художник заканчивал Институт живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина, ему исполнилось тридцать шесть лет. За плечами был не только фронт, но и страшный опыт фашистского концлагеря. Он вполне мог считать чудом то, что сумел выжить и вернуться к искусству. Этот взгляд на жизнь как на чудо — свежий, пристальный, жадный, полный понимания и сочувствия — отличает все его картины, не только посвященные войне. «Земля», «Сергей Есенин с дедом» (обе — 1964), пейзажи и натюрморты («Овражек», 1963; «Окно», «Яблоня», оба — 1970; «Натюрморт с грушами», 1971), портреты (скульптора В. Рыбалко, 1964; художника Н. Золотарева, 1967). Их колорит, как правило, сдержан: художник не стремится к яркости красок, находя глубинную красоту в русской природе, в лицах людей, в окружающих их простых предметах.

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Черешня. 1969. Холст, масло. 187 х 275 см. Государственный Русский музей

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Черешня. 1969. Холст, масло. 187 х 275 см. Государственный Русский музей

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Товарищи. 1963-1964. Холст, масло. 190 х 160 см. Государственный Русский музей

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Товарищи. 1963-1964. Холст, масло. 190 х 160 см. Государственный Русский музей

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Сын. 1969. Холст, масло. 106,5 х 86 см. Государственная Третьяковская галерея

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Сын. 1969. Холст, масло. 106,5 х 86 см. Государственная Третьяковская галерея

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Красные пришли. 1961. Холст, масло. 200 х 360 см. Государственный Русский музей

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Красные пришли. 1961. Холст, масло. 200 х 360 см. Государственный Русский музей

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Комиссар. 1969. Холст, масло. 97,5 х 93 см. Дирекция выставок художественного фонда РФ

ЕВСЕЙ МОИСЕЕНКО. Комиссар. 1969. Холст, масло. 97,5 х 93 см. Дирекция выставок художественного фонда РФ

Пожалуй, нет ни одного художника, работавшего в послевоенные годы, в чьем творчестве не отразилась бы тема Великой Отечественной. «На отвоеванной земле» (1944—1945) Д.А. Шмаринова, «Клятва балтийцев» (1946) А.А. Мыльникова, «Семья. 1945 год» В.И. Иванова, «Непобедимый рядовой» (1965) Б.В. Щербакова, «Новороссийск. Малая земля» (1975) Д.А. Налбандяна, «Форсирование Днепра» (1975) М.И. Самсонова… Разные мастера, взгляды, художественные принципы. Общее — тот сердечный ожог, который неизбежно получает и художник, и зритель, касаясь этой темы. Она для всех нас очень личная.

МАРАТ САМСОНОВ. Сестрица. 1953. Холст, масло. 138 х 111 см. Центральны0 музей Вооруженных Сил, Москва

МАРАТ САМСОНОВ. Сестрица. 1953. Холст, масло. 138 х 111 см. Центральны0 музей Вооруженных Сил, Москва

МИХАИЛ САВИЦКИЙ. Партизанская Мадонна. 1967. Холст, масло. 190 х 170 см. Государственная Третьяковская галерея

МИХАИЛ САВИЦКИЙ. Партизанская Мадонна. 1967. Холст, масло. 190 х 170 см. Государственная Третьяковская галерея

ПЕТР МАЛЬЦЕВ. Штурм Сапун-горы. 1958. Холст, масло. 205 х 370 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва 

ПЕТР МАЛЬЦЕВ. Штурм Сапун-горы. 1958. Холст, масло. 205 х 370 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

История русской живописи во второй половине XX века (Изумительная Мегаподборка)

АНДРЕЙ ГОРСКИЙ. Без вести пропавший. 1946 год. 1962. Холст, масло. Собственность художника

ВИКТОР САФРОНОВ Клятва. Когда горела Отчизна. Холст, масло

ВИКТОР САФРОНОВ Клятва. Когда горела Отчизна. Холст, масло

Художники среднего и молодого поколений, родившиеся уже после войны, вновь и вновь обращаются к ней в своих картинах. Так, на полотне «Возвращение» (2002) современного художника-пейзажиста М.Ю. Кугача (представителя династии художников, начатой его отцом — знаменитым Ю.П. Кугачем) перед нами — русский солдат, идущий с фронта домой, силуэтно выделенный на фоне мрачных клубящихся туч, сквозь которые прорываются лучи солнца. Для них эта война — одна из славных страниц русской истории. Это не значит, что они смотрят на нее холодными глазами как на что-то чужое и далекое. Характерной чертой русской живописи всегда было личностное, горячее восприятие прошлого, живая память о том, что было с нашими предками, а значит, и с нами.

МИХАИЛ КУГАЧ. Возвращение. 2002

МИХАИЛ КУГАЧ. Возвращение. 2002

Пример тому — творчество современного художника, мастера батального жанра С.Н. Присекина (1958 г. р.). С военной живописью Присекин связан, можно сказать, с самого рождения: его детство фактически прошло в Студии имени М.Б. Грекова, где всю жизнь работал отец, художник-монументалист. Первая большая картина была написана им в 1983 году. «Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет!» — масштабное полотно, посвященное победе русских войск Александра Невского на Чудском озере. Сейчас оно украшает Большой Кремлевский дворец. И в дальнейшем Присекин не раз обращался к темам из русской военной истории: битве на Куликовом поле, обороне Смоленска в 1812 году. Кисти художника принадлежит и портрет знаменитого полководца, героя Великой Отечественной войны Г.К. Жукова.

Портретному жанру Присекин уделяет особое внимание. Его привлекают опять-таки личности, значимые в истории, те, которые делают ее сегодня. Важным событием в жизни художника стало участие в оформлении возрожденного храма Христа Спасителя. Под его руководством расписаны центральные пилоны, евангелист Марк и сюжет сошествия Святого Духа. Специалисты считают, что грандиозная работа, проделанная всего за четыре месяца, ни в чем не уступает прежним, утраченным росписям храма. Недаром художник получил от губернатора Московской области почетный знак «За полезное» — одну из высших наград Подмосковья.

СЕРГЕЙ ПРИСЕКИН. Парад Победы. 1985. Холст, масло. 270 х 330 см

СЕРГЕЙ ПРИСЕКИН. Парад Победы. 1985. Холст, масло. 270 х 330 см

СЕРГЕЙ ПРИСЕКИН. Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет! 1983 Холст, масло. 350 х 650 см. Государственный историко-культурный музей-заповедник «Московский Кремль»

СЕРГЕЙ ПРИСЕКИН. Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет! 1983 Холст, масло. 350 х 650 см. Государственный историко-культурный музей-заповедник «Московский Кремль»

СЕРГЕЙ ПРИСЕКИН. 1812 год. Смоленск. 1991. Холст, масло. 255 х 470 см

СЕРГЕЙ ПРИСЕКИН. 1812 год. Смоленск. 1991. Холст, масло. 255 х 470 см

Своеобразно преломляется батальный жанр в произведениях еще одного современного художника С.А. Гавриляченко (1956 г. р.). Свое творчество он посвятил яркой и близкой его сердцу теме — истории русского казачества. Среди его картин («Парижский мир. 1813 год», 1993—1994; «Джигитовка», 1994; «Атаман М.И. Платов», 1995; «Конь боевой с походным вьюком», 1995; «Казачья памятка», 1995—1996; «Атаман А.М. Самсонов», 1996; и др.) — и военные сцены, и масштабные полотна с изображением исторических событий, и жанровые зарисовки, и портреты как знаменитых казачьих атаманов, так и простых казаков, во всем многообразии человеческих типов, характеров и настроений. Художник любуется своими персонажами, со скрупулезной тщательностью воспроизводя все детали их экипировки, подробности колоритного казачьего быта.

СЕРГЕЙ ГАВРИЛЯЧЕНКО. Последняя атака. 1999. Холст, масло. 80 X 60 см

СЕРГЕЙ ГАВРИЛЯЧЕНКО. Последняя атака. 1999. Холст, масло. 80 X 60 см

СЕРГЕЙ ГАВРИЛЯЧЕНКО. Парижский мир. 1995. Холст, масло. 50 х 90 см. Частное собрание

СЕРГЕЙ ГАВРИЛЯЧЕНКО. Парижский мир. 1995. Холст, масло. 50 х 90 см. Частное собрание

СЕРГЕЙ ГАВРИЛЯЧЕНКО/ Казачьи проводы. 1997

СЕРГЕЙ ГАВРИЛЯЧЕНКО/ Казачьи проводы. 1997

ВЯЧЕСЛАВ РАССОХИН. Северная деревня

ВЯЧЕСЛАВ РАССОХИН. Северная деревня

ЕВГЕНИЙ ДАНИЛЕВСКИЙ. К полю Куликову. 1980. Холст, масло. 140 х 250 см. Студия военных художников имени М.Б. Грекова

ЕВГЕНИЙ ДАНИЛЕВСКИЙ. К полю Куликову. 1980. Холст, масло. 140 х 250 см. Студия военных художников имени М.Б. Грекова

БОРИС ОЛЬШАНСКИЙ. Берендеи. 1997. Холст, масло. 85 х 100. Частное собрание

БОРИС ОЛЬШАНСКИЙ. Берендеи. 1997. Холст, масло. 85 х 100. Частное собрание

БОРИС ОЛЬШАНСКИЙ. Языческий мотив. 1995. Холст, масло. 90 х 120 см. Частное собрание

БОРИС ОЛЬШАНСКИЙ. Языческий мотив. 1995. Холст, масло. 90 х 120 см. Частное собрание

Бытовой жанр, достигнув расцвета во второй половине XIX века, продолжал пользоваться особой любовью русских живописцев. В послевоенные годы он выходит на новый уровень. Это уже не только сцены повседневной жизни, но и масштабные картины, связанные с раздумьями художников о судьбе мира. Поэтому они для нас — бесценные документы эпохи.

Один из самых известных мастеров жанровой живописи советского периода — Ф.П. Решетников (1906—1988). Он родился в Екатеринославской губернии, художественное образование получил в Московском институте изобразительных искусств. Прошел войну; а еще раньше, в юности, участвовал в полярной экспедиции ледокола «Сибиряков» и знаменитой челюскинской эпопее. В своем творчестве он не раз возвращался к арктическим впечатлениям; но куда больше известны его лирические жанровые картины о детях, семейной и школьной жизни, прежде всего — «Прибыл на каникулы» (1948) (картина получила Государственную премию СССР) и «Опять двойка!» (1952). Эти картины как повести о детстве, которыми все мы когда-то зачитывались: с развернутым сюжетом, ярко выписанными образами, житейской достоверностью в каждой детали.

В том же ключе решена художником и картина «За мир!». На ней мы видим ребятишек из парижского предместья, которые бесстрашно пишут на стене слово «мир» — под самым носом у полиции. Тема борьбы за мир вообще была очень популярна в послевоенной живописи. В сложной международной обстановке, сложившейся в годы «холодной войны», она давала возможность рассказать о жизни людей за рубежом, подчеркнуть идею близости всех людей, независимо от страны, языка и цвета кожи.

СЕРГЕЙ СМИРНОВ. Зимнее гулянье. 1991. Бумага, картон, гуашь. 50 х 65 см.

СЕРГЕЙ СМИРНОВ. Зимнее гулянье. 1991. Бумага, картон, гуашь. 50 х 65 см.

СЕРГЕЙ КИРИЛЛОВ. Шут с шапкой Мономаха. Холст, масло

СЕРГЕЙ КИРИЛЛОВ. Шут с шапкой Мономаха. Холст, масло

АЛЕКСАНДР АВЕРЬЯНОВ. Сражение за Смоленск. 1994. Холст, масло. 151 х 250 см. Музей-панорама «Бородинская битва», Москва

АЛЕКСАНДР АВЕРЬЯНОВ. Сражение за Смоленск. 1994. Холст, масло. 151 х 250 см. Музей-панорама «Бородинская битва», Москва

Отдал дань этой теме и А.А. Мыльников (1919 г. р.), разноплановый, чрезвычайно интересный художник. На картине «Пробуждение» (1957), написанной по впечатлениям от Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Бухаресте, он эмоционально и динамично изобразил шествие молодежи из разных стран мира. Опыт монументалиста (Мыльников работал в технике стенной росписи и мозаики) позволил ему добиться впечатления грандиозной масштабности: хотя фигур на полотне не очень много, кажется, что за ними — целое людское море.

Мыльников — один из тех художников, что унаследовали от мастеров начала века яркую красочную палитру. Недаром в Институте живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина его учителем был И.Э. Грабарь. В творчестве Мыльникова и ряда его коллег трактовка цвета и вся живописная манера таковы, что позволяют искусствоведам говорить об особом «декоративном» направлении в отечественной живописи шестидесятых-семидесятых годов, тяготеющем к народному творчеству и примитивизму. Пример такого подхода — картина Мыльникова «Лето» (1969). Праздничная, радостная, основанная на сопоставлении плоскостей, окрашенных в чистые цвета, она и впрямь похожа на декоративное панно, способное стать украшением любого интерьера.

АНДРЕЙ МЫЛЬНИКОВ. На мирных полях. 1949. Холст, масло. 200 х 400 см. Государственный Русский музей

АНДРЕЙ МЫЛЬНИКОВ. На мирных полях. 1949. Холст, масло. 200 х 400 см. Государственный Русский музей

АНДРЕЙ МЫЛЬНИКОВ. Верочка. 1964. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея

АНДРЕЙ МЫЛЬНИКОВ. Верочка. 1964. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея

АНДРЕЙ МЫЛЬНИКОВ. С зонтиком. 1981 (?). Холст, масло. 35 х 49 см. Николаевский художественный музей

АНДРЕЙ МЫЛЬНИКОВ. С зонтиком. 1981 (?). Холст, масло. 35 х 49 см. Николаевский художественный музей

Тема единства и дружбы народов характерна и для творчества С.А. Чуйкова (1902-1980) — художника, чья жизнь была тесно связана с Киргизией. Картины, посвященные природе и людям этой республики, художник объединил в серии «Киргизская сюита» (1939—1948) и «У нас в Киргизии» (завершена в 1966). Самые интересные работы этих серий — портрет юной киргизки, под немного выспренним (в духе времени) названием «Дочь советской Киргизии» и очаровательное, поэтическое полотно «Живая вода».

Известен Чуйков и своими работами об Индии («Заклинатели змей», 1957; триптих «О простых людях Индии», 1957—1960), и картиной «Черная Мадонна», написанной в 1962 году, как раз тогда, когда страны Африки одна за другой освобождались от колониальной зависимости.

Среди работ, относящихся к бытовому жанру, выделяются своей лиричностью и тонким психологизмом картины братьев А.П. и С.П. Ткачевых. Известность пришла к этим художникам в пятидесятые годы, когда они были еще совсем молодыми, но уже обладали немалым жизненным опытом: старший успел повоевать, младший (во время войны он был еще подростком) — поработать на оборонном заводе. Потому, наверное, даже ранние их произведения отмечены зрелостью мысли и взвешенностью творческой концепции. Среди этих произведений есть и военноисторические полотна (особенно интересна проникновенная картина о войне «Между боями»), и пейзажи, но большинство относится к бытовому жанру (например, «Самолеты летят», «У колодца», «Подруги», «В трудные годы», «Гость»). Это — сюжетные сценки, в основном из деревенской жизни, рассказанные с любовью, глубоким пониманием человеческой натуры, умением по-новому взглянуть на привычные, казалось бы, ситуации.

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Хлеб республики. 1967-1970. Холст, масло. 234 х 175,5 см. Воронежский областной художественный музей

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Хлеб республики. 1967-1970. Холст, масло. 234 х 175,5 см. Воронежский областной художественный музей

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Между боями. 1958-1960. Холст, масло. 183 х 260 см. Государственная Третьяковская галерея

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Между боями. 1958-1960. Холст, масло. 183 х 260 см. Государственная Третьяковская галерея

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Детвора. 1957-1960. Холст, масло. 121 х 200 см. Государственный Русский музей

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Детвора. 1957-1960. Холст, масло. 121 х 200 см. Государственный Русский музей

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Ярый день. 1995. Холст, масло. 86 х 150 см

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Ярый день. 1995. Холст, масло. 86 х 150 см

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Свадьба. 1972. Холст, масло. 132,5 х 221,8 см 

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Свадьба. 1972. Холст, масло. 132,5 х 221,8 см

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. В колхоз. 1981. Холст, масло. 166 х 234 см. Государственная Третьяковская галерея

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. В колхоз. 1981. Холст, масло. 166 х 234 см. Государственная Третьяковская галерея

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Май 1945. 1979-1981. Холст, масло. Красноярский художественный музей

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Май 1945. 1979-1981. Холст, масло. Красноярский художественный музей

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Родительский дом. Холст, масло. Центральный дом художника, Москва

АЛЕКСЕЙ И СЕРГЕЙ ТКАЧЕВЫ. Родительский дом. Холст, масло. Центральный дом художника, Москва

Деревенской теме посвятил свое творчество и уроженец старинного Суздаля Ю.П. Кугач (1917 г. р.). Его картины, как правило, просты по композиции, но очень точны психологически. Люди, изображенные на них, вызывают у зрителя чувство почти родственной близости. Это стремление к ясной психологической характеристике выразилось и в портретах кисти Кугача (в конце сороковых годов он создал серию портретов людей, прославленных в своей профессии, за что получил Государственную премию СССР), и особенно в жанровых картинах, таких как «Перед танцами» (1961), «Перед праздником» (1962), «В субботу» (1964), «Свадьба» (1967), «Селькор» (1967), «Хозяйка» (1970), «Семья» (1974).

Мир этих картин — простой, узнаваемый и необыкновенно уютный. Вот что сам художник писал о впечатлении, благодаря которому родилось полотно «Перед праздником»: «Однажды я вошел в новый, только что отстроенный деревянный дом. В нем все сияло, все казалось золотистым. Воздух был напоен запахом свежего дерева, и люди в этом доме казались озаренными каким-то сиянием». Это сияние — от налаженного, устроенного быта, полного простых повседневных радостей. Глядя на картины таких художников, как Ю.П. Кугач и братья Ткачевы, мы вновь и вновь осознаем, какое огромное значение в жизни человека имеют эти простые вещи.

ЮРИЙ КУГАЧ. Первое мая. 1952. Холст, масло 131 х 232 см. Челябинская областная картинная галерея

ЮРИЙ КУГАЧ. Первое мая. 1952. Холст, масло 131 х 232 см. Челябинская областная картинная галерея

ЮРИЙ КУГАЧ. Перед танцами. 1961. Холст, масло. 160 х 290 см. Государственная Третьяковская галерея

ЮРИЙ КУГАЧ. Перед танцами. 1961. Холст, масло. 160 х 290 см. Государственная Третьяковская галерея

ЮРИЙ КУГАЧ. Московская улица XVII века. 1950-е Холст, масло. 130 х 170 см. Государственный художественный музей Алтайского края, Барнаул

ЮРИЙ КУГАЧ. Московская улица XVII века. 1950-е Холст, масло. 130 х 170 см. Государственный художественный музей Алтайского края, Барнаул

ЮРИЙ КУГАЧ. За Отчизну (За землю Русскую). 1980. Холст, масло 196 х 297 см. Собственность Министерства культуры РФ

ЮРИЙ КУГАЧ. За Отчизну (За землю Русскую). 1980. Холст, масло 196 х 297 см. Собственность Министерства культуры РФ

ЮРИЙ КУГАЧ. Русская сказка. 1997. Холст, масло. 117 х 150 см.

ЮРИЙ КУГАЧ. Русская сказка. 1997. Холст, масло. 117 х 150 см.

ЮРИЙ КУГАЧ. Гроза надвигается. Холст, масло. 170 х 140 см. Читинский областной художественный музей

ЮРИЙ КУГАЧ. Гроза надвигается. Холст, масло. 170 х 140 см. Читинский областной художественный музей

ЮРИЙ КУГАЧ. В семье. 1969. Холст, масло. 140,5 х 160,5 см. Нижегородский государственный художественный музей

ЮРИЙ КУГАЧ. В семье. 1969. Холст, масло. 140,5 х 160,5 см. Нижегородский государственный художественный музей

Большинство картин прекрасной художницы Т.Н. Яблонской (1917—2005) — тоже о деревне. Они праздничны и светлы, в них заметно монументальное, часто — героическое начало. «Я хотела, — говорила художница о полотне «Хлеб», — чтобы моя картина звучала как хорошая народная песня о труде, смотрелась бы как памятник этим людям». Яркие краски произведений Яблонской («Перед стартом», 1947; «Хлеб», 1949; «В парке», 1949; «Утро», 1954; «Летом», 1954; «Скоро сенокос», 1960; «Праздничный вечер», 1960; «Свадьба», 1963; «Обрученные», 1966; «Колыбель», 1968; «Обручение», 1970) заставляют вспомнить о щедрой природе Украины. Художница родилась в Смоленске, но профессиональное образование получила в Киеве, и с Украиной оказалась связана вся ее творческая жизнь. Белые хаты, зелень тополей, цветные вышивки; своей радостной декоративностью многие картины Яблонской близки народному творчеству. Даже воспоминание о войне у нее — светлое: на безымянной высоте, искалеченной шрамами от окопов и воронок, снова цветет весна, молодая листва шумит над крышами. Солдаты сражались и гибли не зря: жизнь продолжается («Безымянные высоты», 1969).

Радостным изумлением перед красотой мира проникнут необычный автопортрет Яблонской — «Вечер. Старая Флоренция» (1973). Художница изобразила себя со спины у распахнутого настежь окна, за которым разворачивается великолепная панорама знаменитого итальянского города. Почти не показав лица, она прекрасно сумела передать главную черту своей натуры: очарованность миром, стремление донести до людей все разнообразие и совершенство его красок.

ТАТЬЯНА ЯБЛОНСКАЯ. Утро. 1954. Холст, масло. 169 х 110 см. Государственная Третьяковская галерея

ТАТЬЯНА ЯБЛОНСКАЯ. Утро. 1954. Холст, масло. 169 х 110 см. Государственная Третьяковская галерея

ТАТЬЯНА ЯБЛОНСКАЯ. Хлеб. 1949. Холст, масло. 201 х 370 см. Государственная Третьяковская галерея

ТАТЬЯНА ЯБЛОНСКАЯ. Хлеб. 1949. Холст, масло. 201 х 370 см. Государственная Третьяковская галерея

Мастером деревенской темы можно назвать и В.И. Иванова (1924 г. р.). Для него, уроженца Рязанской области, эта тема всегда была по-особому близкой. В его творчестве соединились верность традициям, родство с народным искусством и древнерусской иконописью и свежее, свойственное только ему восприятие мира.

Художественная манера Иванова сформировалась в пятидесятые-шестидесятые годы, когда быт послевоенной российской деревни был еще суров, а воспоминания о войне — живы и болезненны. Эти воспоминания отразились в картине «Семья. 1945 год» (1958—1964). В других работах художника (например, «На покосе. В шалаше», 1961; «Молодая мать», 1964) заметнее светлое начало, связанное для него прежде всего с образом женщины — труженицы, матери, дающей жизнь, «рязанской Мадонны». Во второй половине шестидесятых годов он создал картины «Полдник» (1963—1966), «Рязанские луга» (1962—1967), «Уборка картошки» (1963—1967), в которых эта идея звучит с особенной силой.

Виктор Иванов — не только жанровый живописец, но и прекрасный пейзажист, умеющий тонко передать на полотнах природу родной рязанской земли. В своих пейзажах он продолжает традиции русской пленэрной живописи; они полны воздуха, точно подмеченных оттенков освещения, создающих сильный эмоциональный настрой.

ВИКТОР ИВАНОВ. Полдник. 1964-1966. Холст, масло. 194 х 194 см. Государственная Третьяковская галерея

ВИКТОР ИВАНОВ. Полдник. 1964-1966. Холст, масло. 194 х 194 см. Государственная Третьяковская галерея

ВИКТОР ИВАНОВ. Семья. 1945 год. 1958-1964. Холст, масло. 175 x 257 см. Государственный Русский музей

ВИКТОР ИВАНОВ. Семья. 1945 год. 1958-1964. Холст, масло. 175 x 257 см. Государственный Русский музей

ВИКТОР ИВАНОВ. Рязанские луга. 1962-1967. Государственная Третьяковская галерея

ВИКТОР ИВАНОВ. Рязанские луга. 1962-1967. Государственная Третьяковская галерея

ВИКТОР ИВАНОВ. На покосе. В шалаше. 1961. Холст, масло. 150 х 185 см. Государственный Русский музей

ВИКТОР ИВАНОВ. На покосе. В шалаше. 1961. Холст, масло. 150 х 185 см. Государственный Русский музей

Использование приемов монументальной живописи, заметное в творчестве Иванова и Яблонской, характерно и для других художников этого поколения — например, В. Попкова и прежде всего П. Оссовского. Это связано с поисками героического идеала, который живописцы находили в человеке труда. Показать его красоту, передать радостный и строгий ритм современной жизни — в этом они видели свою главную задачу.

Большая часть жизни П.П. Оссовского (1925 г. р.) связана с Москвой, где он жил с раннего детства, учился в художественной школе и Суриковском институте. Для становления его как художника очень важны военные годы, он провел их в Башкирии, куда эвакуировали художественную школу. В селе, где мальчику пришлось жить, еще помнили времена Емельяна Пугачева. Близость к народу, острый интерес к его пути во времени проявятся впоследствии в картине Оссовского «Три поколения» (1959), «Рубежи жизни Родины» (1969), сериях «На земле древнего Пскова» (1967—1975) и «Люди Сибири» (1960—1966).

Во второй половине пятидесятых годов Оссовский написал серию городских — главным образом московских — пейзажей («В районном центре», 1956; «Весна в Москве», 1959; «Полночь», 1958; «Каток», «Московская окраина. Зима», «На окружной железной дороге. У ларька», 1959), в которых ярко проявились упругий ритм его живописи, образная, энергичная манера. Эти качества свойственны и более поздним его работам, уже сюжетным. Значительная часть этих работ (графическая серия «Кубинская сюита», 1961; картины «Мать», «Семья музыкантов»; триптих «Мексика», 1962—1964; цикл «Чехия и Словакия», 1974—1977) была написана по материалам дальних поездок художника: путешествий на Кубу, где он побывал вместе с В. Ивановым, в Мексику, позднее — в Чехословакию. Там он искал и находил черты своего героя — сильной, решительной личности, умеющей работать, бороться и преодолевать невзгоды.

ВИКТОР ПОПКОВ. Молодость. 1957. Холст, масло. 120 х 167 см. Сумской областной художественный музей

ВИКТОР ПОПКОВ. Молодость. 1957. Холст, масло. 120 х 167 см. Сумской областной художественный музей

ВИКТОР ПОПКОВ. Воспоминания. Вдовы 1966. Холст, масло Государственная Третьяковская галерея

ВИКТОР ПОПКОВ. Воспоминания. Вдовы 1966. Холст, масло Государственная Третьяковская галерея

ПЕТР ОССОВСКИЙ. Псковские кузнецы. Вариант. 2002. Холст, масло. 170 х 150 см. Частное собрание

ПЕТР ОССОВСКИЙ. Псковские кузнецы. Вариант. 2002. Холст, масло. 170 х 150 см. Частное собрание

ПЕТР ОССОВСКИЙ Молитва. 2002. Собственность художника

ПЕТР ОССОВСКИЙ Молитва. 2002. Собственность художника

ПЕТР ОССОВСКИЙ. Золотые лодки (Памяти художника Г. Сороки). 1974. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея

ПЕТР ОССОВСКИЙ. Золотые лодки (Памяти художника Г. Сороки). 1974. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея

ПЕТР ОССОВСКИЙ. Отец Николай

ПЕТР ОССОВСКИЙ. Отец Николай

ВЛАДИМИР ТЕЛИН. ГУМ, ЦУМ, «Детский мир». 1979. Холст, масло. 70 х 80 см

ВЛАДИМИР ТЕЛИН. ГУМ, ЦУМ, «Детский мир». 1979. Холст, масло. 70 х 80 см

ИГОРЬ ПОПОВ. Первый снег. 1971 Холст, масло. 96 х 104 см

ИГОРЬ ПОПОВ. Первый снег. 1971 Холст, масло. 96 х 104 см

ИРИНА ШЕВАНДРОНОВА. В сельской библиотеке. 1954 Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея

ИРИНА ШЕВАНДРОНОВА. В сельской библиотеке. 1954 Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея

СЕРГЕЙ ТУТУНОВ. Зима пришла. Детство. 1960. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея

СЕРГЕЙ ТУТУНОВ. Зима пришла. Детство. 1960. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея

ВЛАДИМИР ГАВРИЛОВ. Свежий день. 1958. Холст, масло. 99 х 173 см. Государственная Третьяковская галерея

ВЛАДИМИР ГАВРИЛОВ. Свежий день. 1958. Холст, масло. 99 х 173 см. Государственная Третьяковская галерея

СЕРГЕЙ ТУТУНОВ. Весной. 1956 Холст, масло. 90 х 123 см. Художественный музей, Горловка

СЕРГЕЙ ТУТУНОВ. Весной. 1956 Холст, масло. 90 х 123 см. Художественный музей, Горловка

МИХАИЛ КУГАЧ. Жизнь продолжается. 1990. Холст, масло. 150 х 175 см

МИХАИЛ КУГАЧ. Жизнь продолжается. 1990. Холст, масло. 150 х 175 см

НИКОЛАЙ СОЛОМИН. Из лесу. 2002. Частное собрание, США

НИКОЛАЙ СОЛОМИН. Из лесу. 2002. Частное собрание, США

НИКОЛАЙ СОЛОМИН. Русские хлеба. 1998. Собственность художника

НИКОЛАЙ СОЛОМИН. Русские хлеба. 1998. Собственность художника

ВИКТОР ХАРЛОВ. Утро в русиновском доме. 1987. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея

ВИКТОР ХАРЛОВ. Утро в русиновском доме. 1987. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея

НИКОЛАЙ СОЛОМИН. Моя семья. 1994. Холст, масло. 80 х 96 см

НИКОЛАЙ СОЛОМИН. Моя семья. 1994. Холст, масло. 80 х 96 см

Жанровая живопись продолжает привлекать художников разных поколений, в чьем творчестве сильно лирическое начало. Они очень разные, эти художники. Душевная теплота Д.К. Мочальского, изысканная утонченность И.А. Попова, поэтическое осмысление жизни современной деревни у В.Н. Телина — работы этих и других мастеров дополняют друг друга, составляя целостную картину каждодневной жизни нашего народа на непростых перепутьях его современной истории.

ЛЕОНИД КАБАЧЕК. Праздник урожая в Чувашии (С праздника). 1957 Холст, масло. 172 х 354 см. Государственный художественный музей. Алтайского края, Барнаул

ЛЕОНИД КАБАЧЕК. Праздник урожая в Чувашии (С праздника). 1957 Холст, масло. 172 х 354 см. Государственный художественный музей. Алтайского края, Барнаул

ЛЕОНИД КАБАЧЕК За становым хребтом. 1964. Холст, масло. 106 х 190 см. Музей изобразительного искусства, Комсомольск-на-Амуре

ЛЕОНИД КАБАЧЕК За становым хребтом. 1964. Холст, масло. 106 х 190 см. Музей изобразительного искусства, Комсомольск-на-Амуре

ЛЕОНИД КАБАЧЕК. Портрет бригадира А.И. Перепелкина. 1959. Холст, масло. 172 х 113 см. Государственный Русский музей

ЛЕОНИД КАБАЧЕК. Портрет бригадира А.И. Перепелкина. 1959. Холст, масло. 172 х 113 см. Государственный Русский музей

Традиции русского портретного искусства восходят к началу XVIII века, когда оно зародилось как жанр, развившись из парсуны. Очень много для развития портретной живописи сделали мастера первой половины и середины XX века: В.А. Серов, П.Д. Корин, М.С. Сарьян, П.П. Кончаловский, И.И. Машков, В.Н. Яковлев, Ф.А. Модоров, И.А. Серебряный, ставшие учителями художников послевоенного поколения. Успешно работали в жанре портрета А.М. Герасимов и Л.В. Кабачек, создавший интересные образы чувашских колхозников на стыке портретной и жанровой живописи. В семидесятые годы проявили себя как портретисты художники уже следующего поколения: О.П. Филатчев, Е.Б. Романова, Т.Г. Назаренко,
Л.Н. Кириллова, Т.Т. Салахов (мастер экспрессивного портрета с выраженным элементом героики). И в наши дни искусство портрета остается одним из самых востребованных живописных жанров.

Творчеству В.М. Орешникова (1904—1987), ученика Петрова-Водкина по Академии художеств, свойственны строгая изысканность и чистота линий, характерные для классической традиции. Он известен не только как портретист, но и как исторический, жанровый живописец, прекрасный мастер пейзажа, прославившийся своими поэтическими видами северной столицы. Но его главные достижения лежат именно в области портрета. Причем в первую очередь портрета женского. Его мужские портреты тоже хороши, но они строги и суховаты. Художник изображает выдающихся личностей и стремится подчеркнуть их незаурядность, интеллектуальную высоту. Женские же портреты, написанные с любовью и нежностью (например, актрисы Кировского театра Анны Шелест, художницы Савельевой, народной артистки России Людмилы Чурсиной; и, конечно, многочисленные портреты жены художника, его любимой музы), полны очарования и поэзии. Его модели совсем не похожи на суровых героинь портретной живописи, типичной для советской школы. Художник видит в них идеал женственности, вечной красоты и гармонии, не зависящих ни от времени, ни от моды.

ВИКТОР ОРЕШНИКОВ. Людмила Чурсина. 1980. Холст, масло

ВИКТОР ОРЕШНИКОВ. Людмила Чурсина. 1980. Холст, масло

ВИКТОР ОРЕШНИКОВ. Портрет балерины А.Я. Шелест. 1947

ВИКТОР ОРЕШНИКОВ. Портрет балерины А.Я. Шелест. 1947

Известным портретистом был и В.Г. Цыплаков (1915—1986), завоевавший признание еще в сороковые годы, благодаря произведениям на военную тему и участию (совместно с Ю. Кугачем) в создании картины «Передовые люди Москвы в Кремле» (1949). Он — мастер советского официального портрета, сохранивший для нас образы людей, представлявших лицо тогдашней эпохи, людей, на которых все были призваны равняться: трижды Героя Советского Союза И.Н. Кожедуба, Героя Советского Союза летчика-истребителя И.А. Колышкина, писателя Л.М. Леонова, инструктора фабрики «Парижская Коммуна» В.И. Матросова, конструктора А.М. Вельтищева. Характерно, что Цыплаков вошел в число немногих художников, допущенных для запечатления похорон И.В. Сталина.

Среди художников, чья творческая манера формировалась в шестидесятые годы, выделяется Д.Д. Жилинский (1927 г. р.), с его своеобразным подходом к искусству портрета. Ориентируясь на традиции древнерусской живописи, Ренессанса и классицизма, он пишет портреты (в основном групповые), как правило, лишенные действия, но полные глубокого психологизма и внутренней сосредоточенности. В этих портретах (например, «Портрет художника В.А. Фаворского», 1962; «Гимнасты СССР», 1964— 1965; «Молодые скульпторы», «Семья художника Н.М. Чернышева»; «Под старой яблоней», оба — 1969; «У Черного моря», 1974) значима каждая деталь; художник говорил, что картина — это «вещь», в которой все, даже холст и рама, должно соответствовать единому замыслу.

ДМИТРИЙ ЖИЛИНСКИЙ. Студенты. В скульптурной мастерской. 1964. Холст, масло. 275 х 180 см. Саратовский государственный художественный музей

ДМИТРИЙ ЖИЛИНСКИЙ. Студенты. В скульптурной мастерской. 1964. Холст, масло. 275 х 180 см. Саратовский государственный художественный музей

ДМИТРИЙ ЖИЛИНСКИЙ. Весна Художественного театра. 1988. ДСП, темпера, левкас. 160 х 350 см

ДМИТРИЙ ЖИЛИНСКИЙ. Весна Художественного театра. 1988. ДСП, темпера, левкас. 160 х 350 см

ДМИТРИЙ ЖИЛИНСКИЙ. Воскресный день. 1974. ДСП, темпера, левкас. 150 х 120 см. Государственная Третьяковская галерея

ДМИТРИЙ ЖИЛИНСКИЙ. Воскресный день. 1974. ДСП, темпера, левкас. 150 х 120 см. Государственная Третьяковская галерея

ДМИТРИЙ ЖИЛИНСКИЙ. Тайная вечеря. 2000. Холст, масло. Научно-исследовательский музей Российской академии художеств, Санкт-Петербург

ДМИТРИЙ ЖИЛИНСКИЙ. Тайная вечеря. 2000. Холст, масло. Научно-исследовательский музей Российской академии художеств, Санкт-Петербург

Наконец, один из самых известных и незаурядных современных мастеров портрета — А.М. Шилов (1943 г. р.), сумевший переосмыслить и возродить в новых условиях жанр классического парадного портрета. В этом жанре он берет за образец не советское искусство, а, скорее, портретную живопись XVIII — первой половины XIX века, с ее неторопливой торжественностью и тщательной проработкой деталей и материалов. Москвич, рожденный в пору войны, он прошел суровую жизненную школу. Уже подростком, рано потеряв отца, работал на фабрике, одновременно заканчивая десятый класс. При этом находил время и для занятий рисованием. Первым учителем одаренного юноши стал художник А.И. Лактионов, показавший ему дорогу в большое искусство. Парадные портреты Шилова (например, Арама Хачатуряна, певицы Ирины Архиповой, академика И.Л. Кнунянца, певца С.Я. Лемешева, артиста балета Мариса Лиепы, режиссера Е.Р. Симонова, композитора Вячеслава Овчинникова, ткачихи В. Голубевой, дирижера Альгиса Жюрайтиса) — это не просто изображения выдающихся деятелей при всех регалиях. Художник стремится объединить индивидуальные черты модели с тем общественно значимым образом, в котором она предстает в глазах современников. Так, на портрете М.А. Ульянова мы видим и человека, и одновременно героя — обобщенный сплав из лучших ролей замечательного артиста. Обращаясь к образам не знаменитых людей, особенно детей и женщин, Шилов отходит от канонов парадного портрета, привнося в свои картины черты жанровой живописи. Эти портреты («Хозяин земли», «Пастух», «Ожидание», «Одна», «Мать десятерых детей», «В день рождения Ариши», «Виолетта», «Сестры», «Ира Пупис», «Юный художник», «Наташа Севастьянова», «Деревенский юноша», «Дима», «Портрет юного скрипача») наполнены мягкой поэзией, в них можно встретить и юмор, и откровенное восхищение женской красотой. Шилов известен не только портретами. Он с удовольствием пишет пейзажи, достиг большой высоты в искусстве натюрморта. Но в первую очередь, по самой своей художнической природе, он именно мастер портрета.

АЛЕКСАНДР ШИЛОВ Автопортрет. 1996 Холст, масло. 117 х 104 см

АЛЕКСАНДР ШИЛОВ Автопортрет. 1996 Холст, масло. 117 х 104 см

АЛЕКСАНДР ШИЛОВ. Что жизнь (Актер Федоров). 2004. Холст, масло

АЛЕКСАНДР ШИЛОВ. Что жизнь (Актер Федоров). 2004. Холст, масло

АЛЕКСАНДР ШИЛОВ. Портрет епископа Василия (Родзянко). 1998. Холст, масло

АЛЕКСАНДР ШИЛОВ. Портрет епископа Василия (Родзянко). 1998. Холст, масло

АЛЕКСАНДР ШИЛОВ. Балерина Людмила Семеняка (балет «Жизель»). 1980. Холст, пастель. 100 х 90 см.

АЛЕКСАНДР ШИЛОВ. Балерина Людмила Семеняка (балет «Жизель»). 1980. Холст, пастель. 100 х 90 см.

ЕЛЕНА РОМАНОВА. Председатель. Холст, масло

ЕЛЕНА РОМАНОВА. Председатель. Холст, масло

ЛАРИСА КИРИЛЛОВА. Художник и модель. 2000. Холст, масло. 130 х 140 см. Центральный дом художника, Москва

ЛАРИСА КИРИЛЛОВА. Художник и модель. 2000. Холст, масло. 130 х 140 см. Центральный дом художника, Москва

ТАТЬЯНА НАЗАРЕНКО. Декабристы. Восстание Черниговского полка. 1978. Холст, масло. 160 х 180 см. Государственная Третьяковская галерея.

ТАТЬЯНА НАЗАРЕНКО. Декабристы. Восстание Черниговского полка. 1978. Холст, масло. 160 х 180 см. Государственная Третьяковская галерея.

ТАТЬЯНА ФЕДОРОВА. Гости в мастерской художника. 1982. Холст, масло. 174 х 170 см. Кировский областной художественный музей, Вятка

ТАТЬЯНА ФЕДОРОВА. Гости в мастерской художника. 1982. Холст, масло. 174 х 170 см. Кировский областной художественный музей, Вятка

ЛАРИСА КИРИЛЛОВА. У вишни. 1977. Холст, масло. 170 х 129,5 см. Пензенская областная картинная галерея

ЛАРИСА КИРИЛЛОВА. У вишни. 1977. Холст, масло. 170 х 129,5 см. Пензенская областная картинная галерея

ТАТЬЯНА ФЕДОРОВА. Обнаженная

ТАТЬЯНА ФЕДОРОВА. Обнаженная

Насколько близка, необходима русскому человеку природа родной страны, настолько важен для русского изобразительного искусства жанр пейзажа. Оформившись несколько позже других жанров, он сразу же выдвинул целый ряд имен мирового уровня — художников на все времена. Поддержать высокую планку отечественной пейзажной живописи были призваны художники второй половины XX века. В это время в жанре пейзажа появляются новые черты — в частности, развивается пейзаж урбанистический. Для искусства социалистического реализма, с его подчеркнутой оптимистичностью, устремлением вперед, горделивым демонстрированием достижений, характерно изображение великих строек, могучих заводов и плотин, разработки нефтяных месторождений и покорения целины, громадных ледоколов и несущихся вдаль скорых поездов. Эти сюжеты, исполненные своеобразной романтики, встречаются у многих советских художников. В то же время сохраняется и традиция лирического пейзажа, любовного, поэтического изображения природы — например, в творчестве А.М. Грицая, В.М. Сидорова, К.Н. Бритова, Е.И. Зверькова, Б.В. Щербакова, М.Г. Абакумова.

Крупнейшим мастером пейзажа середины и второй половины XX века, певцом грандиозных трудовых свершений на необъятных просторах Родины был Г.Г. Нисский (1903—1987). Прекрасный живописец и график, страстный романтик социалистического строительства, он является знаковой фигурой для советского искусства, развитие которого нельзя представить без его творчества. Больше всего он любил писать железные дороги. Это не удивительно: сын врача, служившего на узловой железнодорожной станции в Белоруссии, он все детство провел рядом с поездами и мечтал стать машинистом. Но любовь к рисованию победила. Первой по-настоящему удачной картиной, написанной им в начале тридцатых годов, после окончания Высшего художественно-технического института, стал пейзаж «Осень. Семафоры», с изображением стремительно проносящегося мимо семафоров поезда. В годы войны он работал в «Окнах ТАСС», много писал в батальном жанре. Едва наступило мирное время — вернулся к пейзажу. Его картины («Депо», «Сортировочная станция», «Синий паровоз», «Московские просторы», «Подмосковная зима», «Перед Москвой. Февраль», «Подмосковная рокада», «Придорожная береза», «Околица», «Светофоры», «Ночь. 1941 год», «Над снегами») — это масштабная панорама преображенной земли, исчерченной стремительными линиями дорог, ведущих в неведомое. Смотришь на них — душу охватывает тревожное волнение, хочется бросить налаженный быт и без оглядки отправиться в путь, к горизонту, за которым наверняка таится что-то удивительное и чудесное. Сам художник так и поступал. Неустанно путешествовал по стране, вновь и вновь изображая дороги, мосты, плотины, аэродромы, новые города. В те годы, когда ученые еще не заговорили об опасности для природы такого глобального преображения, оно вызывало только восторг и гордость за человеческий разум. Ярче других эти чувства воплотил Георгий Нисский — недаром его называют романтиком сталинской эпохи.

ГЕОРГИЙ НИССКИЙ. Подмосковье. Февраль. 1957. Холст, масло. 120 х 194 см. Государственная Третьяковская галерея

ГЕОРГИЙ НИССКИЙ. Подмосковье. Февраль. 1957. Холст, масло. 120 х 194 см. Государственная Третьяковская галерея

ГЕОРГИЙ НИССКИЙ. Над снегами. 1960. Холст, масло. 100 х 187 см. Государственный Русский музей

ГЕОРГИЙ НИССКИЙ. Над снегами. 1960. Холст, масло. 100 х 187 см. Государственный Русский музей

ГЕОРГИЙ НИССКИЙ. У могилы друга. 1963-1964

ГЕОРГИЙ НИССКИЙ. У могилы друга. 1963-1964

ГЕОРГИЙ НИССКИЙ. Зимний вечер Холст, масло. 106 х 79 см. Художественный музей, Горловка

ГЕОРГИЙ НИССКИЙ. Зимний вечер Холст, масло. 106 х 79 см. Художественный музей, Горловка

По-своему разрабатывал темы индустриального пейзажа Я.Д. Ромас (1902—1969). Выдающийся художник, мастер театрального и монументального искусства, он родился в Польше, входившей в те годы в состав Российской империи. Его приемной матерью стала знаменитая революционерка Инесса Арманд. Учился он живописи у выдающихся мастеров первой половины XX века Н.П. Крымова, А.М. Герасимова, П.П. Кончаловского. До войны в качестве художника-монументалиста и декоратора оформлял праздники в Москве, интерьеры общественных зданий (в частности, ему принадлежит художественное оформление Исторического музея и станции метро «Красносельская»). В 1939 году оформил советский павильон на Всемирной выставке в Нью-Йорке. Во время войны Ромас работал художником эскадры Балтийского флота. Широта водных просторов и суровый морской труд оказались близки его душе. Главной темой творчества художника в послевоенные годы стали морские и речные пейзажи (главным образом Каспия и Волги) с непременным участием человека («На плоту», 1947; «Северный Каспий», 1956; «Северный Каспий», 1957). Мачты и краны в портах, вереницы судов на волжской стремнине, рыбацкие сейнеры на промысле — трудовая жизнь флота с его особой, неповторимой, суровой романтикой.

ЯКОВ РОМАС. На плоту. 1947. Холст, масло Государственная Третьяковская галерея

ЯКОВ РОМАС. На плоту. 1947. Холст, масло Государственная Третьяковская галерея

ЯКОВ РОМАС. Конец путины. Зеленая вода. 1961. Холст, масло. 105 х 135 см

ЯКОВ РОМАС. Конец путины. Зеленая вода. 1961. Холст, масло. 105 х 135 см

А.М. Грицай (1914—1998) — петербуржец (правда, к моменту его рождения город назывался уже Петроградом), выпускник Всероссийской академии художеств, продолжил в пейзажной живописи традиции XIX века. Искусствоведы называют его мастером благородной простоты. Он никогда не стремился достичь в своих картинах нарочитого эффекта, выбирая самые простые, привычные взгляду уголки природы и открывая зрителю их неброскую красоту. Впервые картины Грицая стали известны публике в середине сороковых годов. А до этого была война, которую художник прошел, сражаясь на передовой. В редкие свободные минуты возвращался к живописи, создавая произведения из военной жизни и — в первую очередь — пейзажи («Последний снег», «Клязьма. Серый день»). В его послевоенной художественной деятельности в полной мере проявилась поэтическая линия в русском пейзажном искусстве. «Над Волгой», «В Жигулях. Бурный день» (обе — 1950), «Ленинград. Летний сад» (1956), «Подснежники. Осинник» (1957), «Поздняя осень» (1969), «Первая зелень» (1973), «Старые ивы» (1975), «В заросшем парке» (1976), «Весенний день на Оке» (1969—1973), «Май. Весеннее тепло» (1970—1973), «Весенние сумерки. Овраг» (1972—1973), «Майский вечер» (1972—1973), «Весенняя лунная ночь» (1975), «В заросшем парке» (1976) — эти и другие его картины берут вас в плен мгновенно и навсегда. Сочетание простоты и высокого изящества, идущего от петербургской традиции, — вот основное свойство творческой манеры художника, оно придает его работам особую, щемящую пленительность, создает настроение, рождает множество глубоких ассоциаций.

АЛЕКСЕЙ ГРИЦАЙ. Весна. Большая вода на Оке. 1970-1984. Холст, масло. 100 х 205 см. Государственная Третьяковская галерея

АЛЕКСЕЙ ГРИЦАЙ. Весна. Большая вода на Оке. 1970-1984. Холст, масло. 100 х 205 см. Государственная Третьяковская галерея

АЛЕКСЕЙ ГРИЦАЙ. Первая зелень. Стадо. 1981. Холст, масло. 99 х 140 см. Кировский областной художественный музей, Вятка

АЛЕКСЕЙ ГРИЦАЙ. Первая зелень. Стадо. 1981. Холст, масло. 99 х 140 см. Кировский областной художественный музей, Вятка

АЛЕКСЕЙ ГРИЦАЙ. Ледоход. 1976-1983. Холст, масло. 101 х 226 см. Государственная Третьяковская галерея

АЛЕКСЕЙ ГРИЦАЙ. Ледоход. 1976-1983. Холст, масло. 101 х 226 см. Государственная Третьяковская галерея

АЛЕКСЕЙ ГРИЦАЙ. Подснежники. Осинник. 1954. Холст, пастель. 75 х 90 см. Государственный Русский музей

АЛЕКСЕЙ ГРИЦАЙ. Подснежники. Осинник. 1954. Холст, пастель. 75 х 90 см. Государственный Русский музей

Близок Грицаю в творчестве его младший современник В.М. Сидоров (1928 г. р.). Но если первый — пейзажист-поэт, то второго можно назвать пейзажистом-философом. Уроженец тверской деревни, ученик П.И. Котова и Ф.П. Решетникова, он воплощает в своих солнечных пейзажах («Пора безоблачного неба», 1969; «Сенокосная страда», 1976; «Утро на Подоле», 1977) идею счастливой гармонии человека и природы. Люди на его картинах часто действуют как значимые персонажи, усиливая эту идею и привнося в пейзаж черты жанровой живописи. Особое место в творчестве Сидорова занимает картина «Моя школа» (1976), созданная в редком жанре интерьера с натюрмортом. Целую гамму ностальгических чувств испытываешь, глядя на этот маленький класс сельской школы с портретом Пушкина и синим полотенцем у доски. У каждого из нас осталась за спиной своя школа — шумная городская или такая же скромная, как символ невозвратного прошлого, навсегда ушедшего детства…

ВАЛЕНТИН СИДОРОВ. Пора безоблачного неба. 1969. Холст, масло

ВАЛЕНТИН СИДОРОВ. Пора безоблачного неба. 1969. Холст, масло

ВАЛЕНТИН СИДОРОВ. Весна. Высокое небо. 1960. Холст, масло. 140 X 170 см

ВАЛЕНТИН СИДОРОВ. Весна. Высокое небо. 1960. Холст, масло. 140 X 170 см

ВАЛЕНТИН СИДОРОВ. С гор вода. 1958. Холст, масло

ВАЛЕНТИН СИДОРОВ. С гор вода. 1958. Холст, масло

ВАЛЕНТИН СИДОРОВ. Тихая моя Родина. 1985. Холст, масло. 175 х 200 см. Государственный Русский музей

ВАЛЕНТИН СИДОРОВ. Тихая моя Родина. 1985. Холст, масло. 175 х 200 см. Государственный Русский музей

Неизменно сильное впечатление на зрителя производят пейзажи, жанровые картины и натюрморты Б.В. Щербакова (1916—1995). Он, как и А.М. Грицай, был петербуржцем, учился в Академии художеств (у И.И. Бродского), воевал. Одна из его самых пронзительных картин — «Непобедимый рядовой» (1965) — как раз о войне. Вернее, о трагедии солдата, который вернулся с войны и вместо родного дома и семьи увидел выжженную землю. Оказывается, победить врага — не самый трудный подвиг. Самое трудное — перенести потерю всего, что было дорого, и, не сломавшись, начать жизнь заново
Так же эмоциональны, но большей частью светлы пейзажи Щербакова («Суворовский дуб», 1969; «Русь Подмосковная», 1972). Этот жанр он особенно любил. «Я очень люблю пейзаж, — признавался художник. — Люблю небо, и когда оно высокое, голубое и светлое, и когда оно в короткий зимний день низко висит над головой в мглистом своем уборе. Я люблю его и осенью — хмурое серо-свинцовыми тучами… Я люблю оживление весны и конец лета с запахом меда и яблок, и снежную тихую зиму и туманы… Словом, я люблю свою землю, свою Русь!» Эту любовь не могут не чувствовать зрители. И потому едва ли можно представить человека, который остался бы равнодушным к пейзажам художника.

Щербаков прекрасно знал и ценил классическое искусство. Очень большое влияние оказала на него голландская живопись XVII века. Один из его натюрмортов так и называется — «Воспоминание о “старых голландцах”». Художник писал о своем стремлении «…понять, какими же средствами эти великие чародеи достигали, казалось бы, недостижимого. Почему их картины сохранили до нашего времени все свое очарование… Может быть, это и есть самое дорогое в искусстве — умение вдохнуть жизнь, передать мысль и настроение даже в самых простых, незатейливых сюжетах». Этим умением, надо признаться, Б.В. Щербаков овладел в полной мере.

БОРИС ЩЕРБАКОВ. Разнотравье донское. 1974. Картон, масло. 50 х 80 см. Частное собрание

БОРИС ЩЕРБАКОВ. Разнотравье донское. 1974. Картон, масло. 50 х 80 см. Частное собрание

БОРИС ЩЕРБАКОВ. Течет река Волга. 1982. Картон, масло. 90 х 160 см

БОРИС ЩЕРБАКОВ. Течет река Волга. 1982. Картон, масло. 90 х 160 см

БОРИС ЩЕРБАКОВ. Тишина у озера Неро. 1973. Картон, масло. 35 х 71,5 см. Частное собрание

БОРИС ЩЕРБАКОВ. Тишина у озера Неро. 1973. Картон, масло. 35 х 71,5 см. Частное собрание

Здоровый, солнечный взгляд на мир, любовь к родной земле, разнообразие технических приемов отличают пейзажную живопись К.Н. Бритова (1925 г. р.) — уроженца Владимирской земли, основателя самобытной владимирской традиции пейзажной живописи. В 1943 году он, восемнадцатилетний юноша, добровольцем ушел на фронт. Воевал до Победы, был награжден медалью «За отвагу». Вернувшись с войны, поступил в Мстёрскую художественную школу, где обучали лаковой миниатюре. Уроки, полученные в этой школе, во многом помогли формированию его своеобразной творческой манеры, научили ценить пространство холста. Но миниатюристом он себя не видел, предпочитал станковую живопись и, доучившись до четвертого курса, покинул Мстёру, продолжая заниматься самообразованием.

Среди пейзажей, написанных в пятидесятые годы, — «Весенний день» (1951), «Вечер» (1952), «Скоро весна» (1954), «Последний снег» (1955), «У мстёрской мельницы» (1999). Понемногу сложи лея его живописный стиль, обозначились любимые темы и приоритеты в искусстве. Бритов — певец природы и старинных русских городов. Этим темам посвящены серии его работ «Времена года», «Архитектурный пейзаж древнерусских городов». Много работ было написано по впечатлениям от дальних поездок — на Русский Север и Урал, в Молдавию, а также Финляндию, Францию, Германию, Голландию, Корею и в другие страны. Бритову свойственно писать много, азартно, с удовольствием, пробовать новые приемы, разную технику мазка. Одно неизменно в его работах: жизнерадостность, влюбленность в солнечный свет и мартовские тени, в свежий ветер и золотую осеннюю листву. Эти чувства наполняют лучшие пейзажи художника: «Теплый день» (1962), «Март. Прилетели грачи» (1974), «Осень у Мстёры» (1977), «Голубая весна», «Мартовский день» (оба — 1978) и многие другие.

КИМ БРИТОВ. Суздаль. Воскресный день. 1995. Холст, масло. 50 х 60 см. Частное собрание

КИМ БРИТОВ. Суздаль. Воскресный день. 1995. Холст, масло. 50 х 60 см. Частное собрание

КИМ БРИТОВ. У древних стен Ростова Великого. 1979. Оргалит, масло. 80 х 148 см. Таганрогская картинная галерея

КИМ БРИТОВ. У древних стен Ростова Великого. 1979. Оргалит, масло. 80 х 148 см. Таганрогская картинная галерея

КИМ БРИТОВ. В Суздале. 1965. Картон, масло. 43 х 62 см. Частное собрание

КИМ БРИТОВ. В Суздале. 1965. Картон, масло. 43 х 62 см. Частное собрание

ЛИДИЯ БРОДСКАЯ. Осенние поля. Холст, маслом

ЛИДИЯ БРОДСКАЯ. Осенние поля. Холст, маслом

ЕФРЕМ ЗВЕРЬКОВ. Лесная речка. 1965. Государственная Третьяковская галерея

ЕФРЕМ ЗВЕРЬКОВ. Лесная речка. 1965. Государственная Третьяковская галерея

ГЕННАДИЙ СОТСКОВ. Сосны на берегу Волги. 2003. Картон, масло

ГЕННАДИЙ СОТСКОВ. Сосны на берегу Волги. 2003. Картон, масло

ГЕННАДИЙ СОТСКОВ. Уездный город Калягин до затопления в 1939 году. Собственность художника

ГЕННАДИЙ СОТСКОВ. Уездный город Калягин до затопления в 1939 году. Собственность художника

ВАЛЕРИЙ ПОЛОТНОВ. Октябрь в Арзамасе. 1996. Холст, масло. 60 X 80 см

ВАЛЕРИЙ ПОЛОТНОВ. Октябрь в Арзамасе. 1996. Холст, масло. 60 X 80 см

ВЛАДИМИР ЩЕРБАКОВ. Вечер на Волге. Русь. 1995-1997. Холст, масло. 170 х 210 см

ВЛАДИМИР ЩЕРБАКОВ. Вечер на Волге. Русь. 1995-1997. Холст, масло. 170 х 210 см

ИГОРЬ ФРОЛОВ. Борисоглебск. Весна. 1988. Холст, масло 40 х 60 см

ИГОРЬ ФРОЛОВ. Борисоглебск. Весна. 1988. Холст, масло 40 х 60 см

АЛЕКСАНДР ГРИЦАЙ. Зима в Андричево. 1985. Холст, масло 95 х 140 см

АЛЕКСАНДР ГРИЦАЙ. Зима в Андричево. 1985. Холст, масло 95 х 140 см

ВАЛЕРИЙ СТРАХОВ. Ледоход в Тотъме. 2005. Холст, масло 130 х 200 см

ВАЛЕРИЙ СТРАХОВ. Ледоход в Тотъме. 2005. Холст, масло 130 х 200 см

ЕВГЕНИЙ РОМАШКО. Лето. 1997. Холст, масло. 70 х 100 см

ЕВГЕНИЙ РОМАШКО. Лето. 1997. Холст, масло. 70 х 100 см

НИКОЛАЙ ТРЕТЬЯКОВ. Ростов Великий зимой. 1997 Холст, масло. 60 х 140 см

НИКОЛАЙ ТРЕТЬЯКОВ. Ростов Великий зимой. 1997 Холст, масло. 60 х 140 см

НИКОЛАЙ АНОХИН. Уходящая Русь. 1998 Холст, масло. 80 х 130 см

НИКОЛАЙ АНОХИН. Уходящая Русь. 1998 Холст, масло. 80 х 130 см

ИГОРЬ ЛАПИН. В конце октября. 1997. Холст, масло. 100 х 80 см

ИГОРЬ ЛАПИН. В конце октября. 1997. Холст, масло. 100 х 80 см

Современная русская пейзажная живопись — это не только работы художников старшего поколения. Это и философские картины М.Ю. Кугача, и сцены из деревенской жизни Н.Н. Соломина, следующего традициям А.К. Саврасова, И.И. Шишкина и И.И. Левитана. Один из самых интересных и активно работающих современных пейзажистов — М.Г. Абакумов (1948 г. р.). Он родился в подмосковной Коломне. В его семье, как он впоследствии вспоминал, сохранялись традиции староверов, что, конечно, не могло не повлиять на формирование его художественных предпочтений и в целом взгляда на мир, особо трепетного отношения к природе и русской старине. Профессиональное образование он получил сперва во ВГИКе, затем — в Академии художеств (в мастерской А.М. Грицая и братьев Ткачевых). Много путешествовал по стране и за рубежом, побывал в Германии, Болгарии, Италии, Японии, Швеции и других странах; и отовсюду привозил новые работы. Но любимейшим источником вдохновения остаются для него родная Коломна и северная Вологда. Художник вновь и вновь пишет их улочки, резные ворота и наличники; в закатном и утреннем освещении, в летний полдень и призрачными осенними вечерами. Абакумов замечательно умеет улавливать переходные состояния природы — то, чем всегда славились лучшие русские художники. Его картины глубоко эмоциональны, о чем говорят и их названия: «Алеет осинник», «Сирень после дождя», «Всходит красная луна», «Весенний тревожный вечер», «Звенит тишина», «Февральские тени», «Серебряный день», «Весенний ситец», «Души небесные», «Девичье поле»…

МИХАИЛ АБАКУМОВ. Святое место. 1992. Холст, масло. 80 х 100 см. Частное собрание

МИХАИЛ АБАКУМОВ. Святое место. 1992. Холст, масло. 80 х 100 см. Частное собрание

МИХАИЛ АБАКУМОВ. Улетают. 2002. Картон, акрилик. Центральный дом художника, Москва

МИХАИЛ АБАКУМОВ. Улетают. 2002. Картон, акрилик. Центральный дом художника, Москва

МИХАИЛ АБАКУМОВ. Идут золотые дожди. 2003. Холст, масло. Центральный дом художника, Москва

МИХАИЛ АБАКУМОВ. Идут золотые дожди. 2003. Холст, масло. Центральный дом художника, Москва

Искусство натюрморта, как правило, привлекает к себе всех художников, и нам уже приходилось писать о мастерах этого жанра, который, однако, редко становился для кого-то основным. Но вот для В.Ф. Стожарова (1926—1973) натюрморт — это программный жанр. Художник, начавший свою творческую деятельность в пятидесятые годы, стремился создать новую его разновидность — русский крестьянский натюрморт. Стожаров был заворожен людьми Русского Севера. Их неторопливое, полное достоинства бытие, их прочные избы, грубовато вытесанные лавки, деревянная посуда, в точности повторяющая ту, из которой ели далекие предки, яркие вышивки, душистый запах свежего хлеба… Все — простое и надежное, пригодное к долгой жизни под блеклым северным небом, которое летом не темнеет и ночью. Художник видел в крестьянской утвари и народном искусстве исконную, чистую, первозданную красоту. И любовно переносил ее на холст («Натюрморт. Хлебы», 1956; «Натюрморт с подковой», 1961; «Хлеб, соль и братина», 1964; «Натюрморт. Лен», 1967; «Братина и чеснок», 1967). Так же любовно писал он и северные пейзажи. Притихшую природу, крестьянские избы вдоль реки, церкви, мимолетные приметы современной жизни на улочках маленьких провинциальных городов. Писал жанровые сцены и портреты жителей этих сел и городов, вкладывая в свои работы ту изначальную, здоровую, совершенную простоту, которая так его привлекала («Село Андрейково. Покров», 1958; «Исады. Переправа», 1960; «Каргополь. Склады сельпо», 1964). Русский Север был первой и главной любовью Стожарова, но не единственной. Почти так же, как чистая простота бытия северных крестьян, восхищали его яркие краски Италии. Художник побывал там дважды, в 1959 и 1967 годах, и создал несколько прекрасных пейзажей («Венеция. Рабочий квартал», 1959; «Венеция. Полдень», 1968; «Рим», 1969). Особенно сильное впечатление производит «Сан-Джиминьяно» (1969) с изображением массивной громады романского монастыря, на фоне древней мощи которого вся наша сиюминутная суета — лишь пыль на ветру.

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Натюрморт с хлебом. 1959. Холст, масло. 97,5 х 142 см. Донецкий областной художественный музей

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Натюрморт с хлебом. 1959. Холст, масло. 97,5 х 142 см. Донецкий областной художественный музей

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Натюрморт с рябиной. 1967. Холст, масло. 79 х 108 см. Таганрогская картинная галерея

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Натюрморт с рябиной. 1967. Холст, масло. 79 х 108 см. Таганрогская картинная галерея

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Братина и чеснок. 1967. Государственный Владимиро-Суздальский историко-архитектурный и художественный музей-заповедник

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Братина и чеснок. 1967. Государственный Владимиро-Суздальский историко-архитектурный и художественный музей-заповедник

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ Каргопоры. 1964. Холст, масло. 62 х 142 см

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ Каргопоры. 1964. Холст, масло. 62 х 142 см

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Суббота. Бани. 1966-1967. Холст, масло. 130 х 150 см Астраханская государственная картинная галерея

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Суббота. Бани. 1966-1967. Холст, масло. 130 х 150 см Астраханская государственная картинная галерея

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Май. Выпал снег. 1969. Музей изобразительного искусства, Комсомольск-на-Амуре

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Май. Выпал снег. 1969. Музей изобразительного искусства, Комсомольск-на-Амуре

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Деревня Сёрдла. Коми АССР. 1969. Государственная Третьяковская галерея

ВЛАДИМИР СТОЖАРОВ. Деревня Сёрдла. Коми АССР. 1969. Государственная Третьяковская галерея

В современной живописи работы в жанре натюрморта часто исполняются в смешанной технике, представляя собой экспрессивное сочетание самых разных живописных приемов с аппликацией, мозаикой, коллажем. Например, в творчестве такого яркого мастера, как А. Страхов, тщательно выписанные детали соседствуют с буйным разгулом цветных пятен, то ли поглощаясь ими, то ли, напротив, вычленяясь из них («Театральные экспромты», «Покой», «Утоли мои печали»). В декоративных натюрмортах Татьяны Насиповой (1946 г. р.) изображаемые предметы становятсячем-то больше того, чем они есть, обретая драматическую вырази-тельность и символическое звучание.

И.С. Глазунова (1930 г. р.) не удается причислить к художникам, отдающим предпочтение тому или иному жанру. Он предпочитает все. Но дело не только в творчестве. Вот уже много лет эта яркая, для кого-то спорная фигура находится в центре отечественного культурного процесса. Художник пишет книги, встречается с людьми, высказывается о каких-то задевающих его реалиях современной жизни и все время работает, создает одну картину за другой. Восприятию этих картин его активная общественная деятельность, возможно, даже немного мешает. Впрочем, это не вина художника. Честь ему и хвала, что он старается сделать как можно больше, учитывая краткосрочность нашего бытия.

Что же до картин… Прежде всего надо, отбросив постороннее, просто внимательно к ним приглядеться. Постараться понять замысел художника, услышать отзвук, который его произведение рождает в вашей душе. Воспоминания детства Ильи Глазунова связаны с ленинградской блокадой. Спустя много лет он воскресил их в картинах «Блокада» и «Голод» (1956). Сумрачная квартира, умирающая от голода семья. Худенький мальчик слушает звуки рояля. Это его дядя, профессор консерватории, играет «Аппассионату». Через несколько дней дяди не станет. А мальчика спасут, вывезут из стиснутого стальным кольцом города по ладожской Дороге жизни. В старинной новгородской деревеньке его навсегда покорит скупая северная природа и разлитая повсюду живая память Истории… Так началась жизнь художника. В 1944 году Глазунов вернулся в Ленинград, совсем недавно освобожденный от блокадного кольца, и стал учиться в средней художественной школе при институте имени И.Е. Репина Академии художеств СССР. Потом поступил и в сам этот институт, где его учителем стал выдающийся художник Б.В. Иогансон. Глазунов был прилежным студентом: его ученическая работа «Руки» вошла в учебник классического рисунка как образец строгой академической формы.

В ранних работах молодого художника доминировали две темы. Первая — война. Она лишила его родителей и близких. Глазунов чувствовал себя частью миллионов соотечественников, так же, как он, опаленных ее жестоким дыханием. Его картины о войне («Мать героя», 1963; «Земля», 1964) строги и символичны (приверженность к символическому обобщению станет одной из характерных черт зрелого творчества художника). Вторая тема — весна, любовь, город Ленинград. Картины городского цикла («Весна. Ленинград», «Ушла», «Любовь», «Сумерки» и другие) полны поэзии. Тревожный ветер с Невы, дымящие заводские трубы… следы на снегу… сумятица чувств, от которых захватывает дыхание… На всю жизнь сохранит художник эту чистую поэтическую ноту, она будет звучать в его женских портретах, в исторических картинах и пейзажах древних русских городов.

Глазунов стремится испробовать себя во всех жанрах. Удачны его книжные иллюстрации к роману Ф.М. Достоевского «Идиот», к произведениям А.И. Куприна, Л.Н. Толстого, П.И. Мельникова-Печерского. Чисты и выразительны пейзажи, напоминающие подчас древние фрески. Однако временем все больше и больше внимания он отдает портрету и особенно историческим полотнам.

Моделями для портретов становятся люди, интересные художнику, будь то крестьяне, солдаты или знаменитые ученые, режиссеры и политики. Портреты Глазунова всегда узнаваемы, главное в них — глаза, которые художник делает живыми, передавая через них внутренний мир человека, интересующий его прежде всего. «Художником широко открытых глаз» назвала Глазунова одна польская газета. Художник немало путешествовал по миру. И чем больше разных стран он посещал, тем сильнее укреплялась в нем любовь к России, к ее великому историческому прошлому. Постепенно эта любовь стала определять все его творчество. Глазунов глубоко изучил древнерусское искусство, приемы которого часто использует в своих картинах. Его любимые персонажи — князья, воины, святые (мудрый Сергий Радонежский и отважный Дмитрий Донской, светлоглазый Олег с маленьким Игорем, трагический Борис Годунов и юный мученик Дмитрий, потерявший свободу из-за своей бесшабашной удали Игорь Новгород-Северский…). Художник экспериментирует, вводя в картины элементы коллажа (на основе все того же древнерусского искусства, в данном случае — драгоценных иконных окладов) — например, парчу и жемчужное шитье в «Легенде о царевиче Дмитрии».

В последние годы полотна Глазунова приобретают эпический размах. На рубеже тысячелетий он создал шесть масштабных произведений, проникнутых символикой и глубоким философским смыслом («Мистерия XX века», «Мистерия XX века-2», «Вечная Россия», «Великий эксперимент», «Россия, проснись!», «Храни, Бог, Россию»), в которых размышляет о трагических путях русской истории и пытается заглянуть в будущее. Художник горячо переживает все то, что происходит с нашей страной. Он надеется, негодует, подчас ошибается, но главное живы и беспокойны его душа и сердце. И он продолжает писать картины.

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Нина. Жена художника. 1980. Холст, масло 122 x 90 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Нина. Жена художника. 1980. Холст, масло 122 x 90 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Портрет Петра Аркадьевича Столыпина. 2002

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Портрет Петра Аркадьевича Столыпина. 2002

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Портрет Бориса Всеволодовича Громова. 2000

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Портрет Бориса Всеволодовича Громова. 2000

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Новодевичий монастырь. 1999. Холст, масло. 110 х 205 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Новодевичий монастырь. 1999. Холст, масло. 110 х 205 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. За Ваше здоровье! 1977. Холст, масло 300 х 250 см.

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. За Ваше здоровье! 1977. Холст, масло 300 х 250 см.

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Возвращение блудного сына. 1977. Холст, масло 300 х 200 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Возвращение блудного сына. 1977. Холст, масло 300 х 200 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Князь Дмитрий Донской. Холст, масло

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Князь Дмитрий Донской. Холст, масло

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Русская старина. 1975. Фанера, инкрустация 100 х 150

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Русская старина. 1975. Фанера, инкрустация 100 х 150

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Два князя. 1964. Холст, масло 100 х 200 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Два князя. 1964. Холст, масло 100 х 200 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Сергий Радонежский и Андрей Рублев. 1992. Холст, масло. 100 x 200 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Сергий Радонежский и Андрей Рублев. 1992. Холст, масло. 100 x 200 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Юность Андрея Рублева. 1985. Холст, масло 140 х 70 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Юность Андрея Рублева. 1985. Холст, масло 140 х 70 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Вечная Россия. 1988. Холст, масло. 300 х 600 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Вечная Россия. 1988. Холст, масло. 300 х 600 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Канун. 1917 год. 2003

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Канун. 1917 год. 2003

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Портрет писателя В. А. Солоухина. 1983. Холст, масло. 150 х 100 см

ИЛЬЯ ГЛАЗУНОВ. Портрет писателя В. А. Солоухина. 1983. Холст, масло. 150 х 100 см

Конечно, сказанное выше — далеко не полная картина истории русской живописи второй половины XX века. Для того чтобы охватить ее, нужна книга куда большего объема. Мы совсем не коснулись, например, так называемого неофициального искусства, продолжающего традиции русского символизма и авангарда. А ведь в этой области имеются яркие достижения — например, творчество В.Я. Ситникова (1915—1987), в чьих жанровых и пейзажных картинах можно найти не только черты символизма, но и приправленный эротикой сюрреалистический гротеск. Или сюжетные фантасмагории семидесятых-восьмидесятых годов Ольги Булгаковой, ныне обратившейся к стилю, заставляющему вспомнить об абстрактном искусстве начала XX века (серия «Архаизмы», 2002—2004). Но все это — тема отдельного рассказа. История русской живописи продолжается. Она так же сложна, прекрасна и многогранна, как история самой России. Постепенно сменяются поколения художников. Картины «стариков» становятся классикой, и все ярче заявляет о себе творческая молодежь: Д. Белюкин, Шаньков, Герасимов, Штейн, Иван Глазунов, Слепушкин, Машков, В. Шилов… Этот перечень можно продолжить. Мы приглядываемся к их картинам, ожидая новых открытий. И открытия, конечно, будут. Ведь Россия не скудеет талантами.

ОЛЬГА БУЛГАКОВА. Превращение. 1987. Холст, масло. 160 х 92 см. Таганрогская картинная галерея

ОЛЬГА БУЛГАКОВА. Превращение. 1987. Холст, масло. 160 х 92 см. Таганрогская картинная галерея

НАТАЛЬЯ НЕСТЕРОВА. Красный ресторан. Диптих. 1986. Холст, масло. Частное собрание, Нью-Йорк

НАТАЛЬЯ НЕСТЕРОВА. Красный ресторан. Диптих. 1986. Холст, масло. Частное собрание, Нью-Йорк

ДМИТРИЙ БЕЛЮКИН. Белая Россия. Исход. 1992-1994. Холст, масло. 252 х 440 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

ДМИТРИЙ БЕЛЮКИН. Белая Россия. Исход. 1992-1994. Холст, масло. 252 х 440 см. Центральный музей Вооруженных Сил, Москва

АЛЕКСАНДР СИТНИКОВ. Похищение Европы. 1984. Холст, масло. 180 х 182 см. Таганрогская картинная галерея

АЛЕКСАНДР СИТНИКОВ. Похищение Европы. 1984. Холст, масло. 180 х 182 см. Таганрогская картинная галерея

АНДРЕЙ ГЕРАСИМОВ. Утро туманное. 1999. Холст, масло. 81 х 160 см.

АНДРЕЙ ГЕРАСИМОВ. Утро туманное. 1999. Холст, масло. 81 х 160 см.

АНДРЕЙ ГЕРАСИМОВ. Река Ока. Утро. 1994. Холст, масло. 112 х 192 см

АНДРЕЙ ГЕРАСИМОВ. Река Ока. Утро. 1994. Холст, масло. 112 х 192 см

АЛЕКСАНДР АФОНИН. Вдали от мира сего. 1995. Холст, масло. 112 х 88,5 см

АЛЕКСАНДР АФОНИН. Вдали от мира сего. 1995. Холст, масло. 112 х 88,5 см

 ВЛАДИМИР ШТЕЙН. Портрет Ирины Любаровой. 1997. Холст, масло. 105 х 85 см. Частное собрание

ВЛАДИМИР ШТЕЙН. Портрет Ирины Любаровой. 1997. Холст, масло. 105 х 85 см. Частное собрание

ВЛАДИМИР ЧЕРНЫЙ. Андрей Рублев. 1996. Холст, масло. 225 х 157 см. Музей Российской Академии живописи, ваяния и зодчества,

ВЛАДИМИР ЧЕРНЫЙ. Андрей Рублев. 1996. Холст, масло. 225 х 157 см. Музей Российской Академии живописи, ваяния и зодчества,

ИГОРЬ МАШКОВ. На исходе дня. Возвращение стада. 2001-2002 Холст, масло. 60 х 100 см

ИГОРЬ МАШКОВ. На исходе дня. Возвращение стада. 2001-2002 Холст, масло. 60 х 100 см

ИВАН ГЛАЗУНОВ. Первый снег на Двине. 2002. Холст, масло. 140 х 165 см

ИВАН ГЛАЗУНОВ. Первый снег на Двине. 2002. Холст, масло. 140 х 165 см

ОЛЕГ ШТЫХНО. Изборская долина. 1989. Холст, масло. 138 х 200 см. Частное собрание, Испания

ОЛЕГ ШТЫХНО. Изборская долина. 1989. Холст, масло. 138 х 200 см. Частное собрание, Испания

ИЛЬЯ КАВЕРЗНЕВ. Светлое Воскресенье. Холст, масло. Центральный дом художника, Москва

ИЛЬЯ КАВЕРЗНЕВ. Светлое Воскресенье. Холст, масло. Центральный дом художника, Москва

ЮРИЙ АРСЕНЮК. Роза. 1996. Холст, масло. 80 х 100 см

ЮРИЙ АРСЕНЮК. Роза. 1996. Холст, масло. 80 х 100 см

АЛЕКСАНДР КОСНИЧЕВ. Таня. 2002. Холст, масло. 95 х 72,5 см

АЛЕКСАНДР КОСНИЧЕВ. Таня. 2002. Холст, масло. 95 х 72,5 см

КОНСТАНТИН МИРОШНИК, НАТАЛИЯ КУРГУЗОВА-МИРОШНИК. Дети моря. 2005

КОНСТАНТИН МИРОШНИК, НАТАЛИЯ КУРГУЗОВА-МИРОШНИК. Дети моря. 2005

САЙДА АФОНИНА. Девочка с корабликом. 1995 Холст, масло. 110 х 90 см

САЙДА АФОНИНА. Девочка с корабликом. 1995 Холст, масло. 110 х 90 см

ЮРИЙ СЕРГЕЕВ. Зимний вечер. Святки. 1997. Холст, масло. 100 х 150 см

ЮРИЙ СЕРГЕЕВ. Зимний вечер. Святки. 1997. Холст, масло. 100 х 150 см

АНДРЕЙ РЕМНЁВ. Кедровые орешки. 2001. Холст, масло. 100 х 90 см. Частное собрание

АНДРЕЙ РЕМНЁВ. Кедровые орешки. 2001. Холст, масло. 100 х 90 см. Частное собрание

МИХАИЛ ШАНЬКОВ. Остановка. 1994. Холст, масло. 300 х 500 см. Собственность художника

МИХАИЛ ШАНЬКОВ. Остановка. 1994. Холст, масло. 300 х 500 см. Собственность художника

ДМИТРИЙ СЛЕПУШКИН. Молебен перед боем. 1994. Холст, масло. 200 х 300 см

ДМИТРИЙ СЛЕПУШКИН. Молебен перед боем. 1994. Холст, масло. 200 х 300 см

ПАВЕЛ РЫЖЕНКО. Победа Пересвета. Холст, масло

ПАВЕЛ РЫЖЕНКО. Победа Пересвета. Холст, масло

ВИКТОР ШИЛОВ. Петр I и царевич Алексей в Петропавловской крепости. 1990. Холст, масло. 240 х 174 см

ВИКТОР ШИЛОВ. Петр I и царевич Алексей в Петропавловской крепости. 1990. Холст, масло. 240 х 174 см

ЕГОР ЗАЙЦЕВ. Молебен на Бородинском поле. 2000-2002. Холст, масло

ЕГОР ЗАЙЦЕВ. Молебен на Бородинском поле. 2000-2002. Холст, масло

ВИКТОР МАТОРИН, ПАВЕЛ ПОПОВ. Куликовская битва (Удар Засадного полка). 2001. Холст, масло. 200 х 300 см

ВИКТОР МАТОРИН, ПАВЕЛ ПОПОВ. Куликовская битва (Удар Засадного полка). 2001. Холст, масло. 200 х 300 см

 ДМИТРИЙ ШМАРИН. За Веру, царя и Отечество 2002. Холст, масло. 120 х 80 см

ДМИТРИЙ ШМАРИН. За Веру, царя и Отечество 2002. Холст, масло. 120 х 80 см

Источник

История русской живописи во второй половине XX века (Изумительная Мегаподборка)

TELEGRAM BARCAFFE

Адаптивная картинка
Картинка при наведении
История русской живописи во второй половине XX века (Изумительная Мегаподборка)
8

Публикация:

не в сети 5 месяцев

B e a u t e

История русской живописи во второй половине XX века (Изумительная Мегаподборка) 4 716
Дневная порция эстетического наслаждения...
Комментарии: 29Публикации: 826Регистрация: 18-08-2019
Если Вам понравилась статья, поделитесь ею в соц.сетях!

© 2019 - 2024 BarCaffe · Информация в интернете общая, а ссылка дело воспитания!

Авторизация
*
*

Регистрация
*
*
*
Генерация пароля