“ЗАСУШЕННЫЙ ЦВЕТОК” глава четвёртая из повести “ЛЯЛЯ”. Автор В. К. Стебницкий

Пролог…

Рецензия, вопреки обыкновению, вышла не столь забористой, но когда Ляля поставила последнюю точку и перечла написанное, то нашла её изящной и даже немного игривой. «Публике понравится», – решила она, переписала набело, запечатала в конверт и вывела адрес редакции.

Делать было более нечего, читать не хотелось, и она отправилась на прогулку. Мысли, ничем теперь не занятые, незаметно вернулись к предмету, волновавшему её с минувшего воскресенья – к Шершиевичу. От матери она знала, что он холост и ему должно быть уже под сорок или около того; что репутация у него самая безупречная, однако никакие попытки уездных маменек завлечь его и склонить к браку со своими, на выданье, дочерьми не увенчались успехом. Впрочем, он езжал в дома, где имелись невесты, и был, по слухам, весьма мил с дамами – но со всеми равно, не отдавая сколько-нибудь заметного предпочтения ни одной из них.

Более о нём не говорили, однако Ляля понимала, что мама питает на её счёт определённые надежды. В другое время это бы её развлекло, но она чувствовала, что фигура Шершиевича занимает её самоё не меньше, чем мать, и не могла не досадовать. «Зачем я ему? Если он не соблазнился ни одной из здешних барышень, за которыми дают немалые деньги, да и, как говорят, среди них есть прехорошенькие, свежие и нетронутые. А мы небогаты, и я уже не так молода (тут Ляля обычно вздыхала). Незачем о нём и думать!» Память услужливо подсказывала фразу из прочитанного только что салонного романа: два рубля до сотни. Но, несмотря на запрет себе самой думать о Шершиевиче, весь остаток недели до его приезда Ляля томилась в ожидании, и когда настала долгожданная суббота, она не находила себе места.

– Милая, ты здорова? – спросила мать, когда Ляля вышла к завтраку. – Ты немного бледна…

– Я здорова, мама. Просто плохо спала из-за жары.

Мать больше ничего не сказала, но брови её тревожно насупились. Тем не менее во время завтрака Ляля сидела с непроницаемым, холодным лицом, что, по её мнению, должно было предостеречь мать от неуместных разговоров, а сразу после по той же причине ушла в дальний конец лужайки и расположилась с книгой на качелях. Мерное покачивание вскоре утомило её, и Ляля незаметно заснула, выронив книгу, которую так и не успела открыть.

Проснулась она так же внезапно и не сразу открыла глаза, силясь понять, что же её разбудило. Это было впечатление чьего-то присутствия рядом, и, хотя не было слышно ни звука, кроме гула пчелы и птичьего щебета, Ляля была уверена, что она в своём углу не одна. Она слегка приотворила ресницы – и увидела свою книгу в знакомой смуглой руке. Ляля встрепенулась и шумно вздохнула, окончательно просыпаясь.

Шершиевич стоял над ней, улыбаясь, и Ляля невольно ответила ему улыбкой, но тут же нахмурилась.

– Павел Егорович, вы приехали! Простите меня, это ужасно глупо – заснуть среди бела дня!..

– Ничуть, – возразил он, – заснуть, хоть днём, хоть ночью, самое естественное дело. – Он наклонился к её руке. – Вы так прелестно спали! Ваша книга, она была в траве…

Он протянул ей томик Чехова.

– Зачем же мама меня не разбудила! Давно вы здесь?

– Не более четверти часа. Ольга Константиновна пошла распорядиться насчёт обеда и велела мне идти к вам, иначе бы я ни за что не нарушил вашего уединения.

Было непонятно, смеётся ли он или просто любезен – Ляля склонялась к мысли, что Шершиевич втайне потешается над ней. «Ну и пусть его! – решила она. – Что мне в нём? Как приехал, так и уехал!» И она решительно поднялась.

– Не угодно ли пройтись? – сказал он, согнув в локте руку. – У вас здесь, кажется, красивые места.

Ляля взглянула на него испытующе, но, разомлев ото сна, почувствовала себя не в силах сердиться и оперлась на предложенную руку.

Довольно долго они шли молча, и она была вынуждена признать, что молчать с ним легко и приятно. Они ушли уже довольно далеко, когда Шершиевич заговорил.

– Вы останетесь или вернётесь в Москву?

Вопрос застал Лялю врасплох, и она ответила не сразу.

– Пожалуй, вернусь. Что делать здесь зимой?

– А что делать в Москве?

– У меня там есть… занятие. – Она замялась, и он это, кажется, заметил, но виду не показал.

– Да-да, я читал. У вас есть слог.

Ляля опять вспыхнула.

– Мама показала?

– Ольга Константиновна очень гордится и… она беспокоится о вас. Что естественно для матери, – поспешил добавить он.

Несколько минут они шли молча.

– А вы не думали обосноваться в уезде?

– В уезде? С какой целью?!

Шершиевич расхохотался. Смеялся он раскатисто, со всхлипами, и Ляля невольно заразилась его весельем. Отсмеявшись, он утёр тыльной стороной руки выступившие слёзы, потом опомнился и достал из кармана кипельно-белый платок.

– Что в моих словах так вас рассмешило? – спросила она, силясь придать голосу строгость.

– Вы сказали это так, словно в уезде живут одни бездельники да замшелые пни.

– Так и есть.

– Но ведь я же вот живу там, а я, смею надеяться, ни одно, ни другое. – Он неожиданно серьёзно заглянул ей в глаза.

– Вы другое дело. А женщине в уезде можно жить, только если выйти замуж, – ответила она неожиданно для самой себя. Его взгляд имел на неё непреодолимое гипнотическое действие, вынуждая говорить вещи, которые она бы не произнесла при других обстоятельствах.

– А замуж вы, верно, не хотите.

Это было похоже на колкость, и Ляля не на шутку вспылила. Она развернулась в сторону дома, бросив на ходу:

– Идёмте, Павел Егорыч, мама нас уже заждалась.

Он её нагнал и, прилаживаясь к её шагу, пошёл рядом. Когда за поворотом дороги открылся дом, он проговорил:

– Вы зря сердитесь на меня, Елена Васильевна. Мне бы не хотелось видеть вас засушенным цветком…

Ляля остановилась на полном ходу и резко обернулась, так что они с Шершиевичем даже столкнулись. Их лица оказались при этом очень близко друг к другу.

– Что вы имеете в виду? – спросила она, задохнувшись.

Он посмотрел на неё как-то грустно и, обежав глазами её лицо, закончил вполголоса:

– Засушенный цветок. Между страницами книги. Который отдал им весь свой сок и аромат, да и умер!

В. К. Стебницкий

***

Пролог…

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

продолжение…

“ЗАСУШЕННЫЙ ЦВЕТОК” глава четвёртая из повести “ЛЯЛЯ”. Автор В. К. Стебницкий

TELEGRAM BARCAFFE

Адаптивная картинка
Картинка при наведении
 Спешите! Вам осталось до перехода на телеграм-канал "BarCaffe":  

“ЗАСУШЕННЫЙ ЦВЕТОК” глава четвёртая из повести “ЛЯЛЯ”. Автор В. К. Стебницкий
4

Публикация:

не в сети 3 дня

Роман Ойра-Ойра

“ЗАСУШЕННЫЙ ЦВЕТОК” глава четвёртая из повести “ЛЯЛЯ”. Автор В. К. Стебницкий 199
...из отдела Недоступных Проблем. Горбоносый. Зимой надевал «зелёное пальто с барашковым воротником».
Комментарии: 2Публикации: 31Регистрация: 08-09-2019
Если Вам понравилась статья, поделитесь ею в соц.сетях!

© 2019 - 2024 BarCaffe · Информация в интернете общая, а ссылка дело воспитания!

Авторизация
*
*

Регистрация
*
*
*
Генерация пароля