Хуже опошленного на потребу мещанина модерна может быть только оборжуазненный постмодерн, с его попытками купить Свободу и Протест за три рубля, чтобы перепродать за пять, — неожиданно зло сказал Еж. — Бесит.
— Ежик, попустись. Тебя бесит не это, — медведь аккуратно поворошил веточкой угли. — Тебя бесит, что современные грабли, на которые тебя вынуждают наступать вновь и вновь вместе со всеми остальными, выглядят несколько иначе, чем ты привык. К тому же — они тебе не по размеру. Вместо того, чтобы бить точно в лоб — бьют то по носу, то — по зубам.
— И что делать?
— Как что. Пить чай. Смотри-ка, я заварил со смородиновым листом.
— А грабли?
Медведь достаточно долго молчал, глядя на звезды. А потом тихо сказал:
— Хуябли.
И они засмеялись. А потом пили чай.
***



