Практикантка, ч.3 Торт

– Красиво мы с тобой, курсант Юрагина, ларёк раскрыли, аж самому понравилось. Надеюсь и с тортом также лихо управимся.

– Что за торт?

– Грабёж, о котором уже говорил, заключался в хищении неустановленным лицом полиэтиленового пакета с вафельным тортом внутри из рук женщины.

– И что в следствии по поводу торта сказали?

– Зависли. Хотя по закону должны были сразу же возбудить уголовное дело. По факту заявления о грабеже и на основании показаний, подтверждающих слова заявительницы.

– Зависли из-за малозначительности?

– Не знаю. Логика следователя для опера зачастую − тёмный лес. Те то тут же возбуждают двусмысленный глухарь, а то боятся возбудить уголовное дело по очевидному факту преступления и при наличии подозреваемого. Последнее происходит как правило из-за того, что дело то, теоретически, может развалиться в суде. Короче, “палочная” система в действии. Впрочем нас с тобой, курсант, логика следствия сильно волновать не должна. Ибо наша с тобой задача, как оперов, − найти зверёныша. Вне зависимости от того, возбуждено ли уголовное дело или нет. По факту заявления. Желательно обложив то преступное деяние какой-никакой, но доказательной базой и направив доказуху ту в следствие. Однако, в данном случае, трудно нам будет. Очень трудно.

– В чём затруднение?

– Потерпевшая лица грабителя не видела. Он со спины к ней подбежал, вырвал пакет и дал дёру. Так что даже если найдём, опознать его она не сможет. Описывает же так: возраст − примерно 18, плюс-минус пару лет; рост − средний; одет в джинсы, короткую чёрную куртку и чёрную шапочку; на ногах − чёрные ботинки. И всё. И весь портрет. Лови как хочешь!

– Глухарь?

– Почти да!

– “Почти” – обнадёживает.

– Есть кое-что. Но очень сырое, лишь на чуйке оперской базирующееся.

– И что в данном случае даёт основание кого-то подозревать?

– Приказ “Два нуля пять”, гласящий: опер, подозревай кого хочешь, но преступника сыщи! Итак, рассказываю фабулу, а ты слушаешь и перебиваешь, когда захочешь.

Вчера около 18.00 женщина, работающая нянечкой в близлежащем детском саду, шла домой с работы. По дороге купила детям на последние, как и водится в подобных случаях, деньги вафельный торт типа “Балтийский”. Не доходя до дома метров пятидесяти пакет с тортом у неё вырвал пацан лет 18-ти. Та ему кричала вслед, что в пакете кроме торта нет ничего, мол, не позорься, оставь его, но грабитель пакет не бросил. То есть, от исполнения преступного замысла не отказался. За что и должен понести суровое, но справедливое наказание. По статье 161 УК РФ. В милицию она заявила сразу же. И оперативно-следственная группа выехала тут же. Ну и я с ней, ибо ещё не успел уйти домой. Поквартирный обход положительных результатов не дал, за исключением того, что несколько человек слышали крик потерпевшей. Плюс, эксперт сделал хорошие слепки отпечатков следов обуви грабителя. Однако, коль тот не идиот, то от обуви уже избавился. Больше на грабителя нет ничего, кроме сырой воды. Ибо в то же самое время на детской площадке, расположенной возле детсада и ларька, находилась группа подростков 8-9 классов, в количестве 12 человек. Откуда и предположение начальства: тот грабитель – один из этой тусовки. Которое мне ну совершенно не нравится. Поскольку опрашивая тех школьников, уже на квартирах их, случайно спросил одну девочку, не было ли кого постороннего среди них? И та замялась. А потом сказала “нет”. И ещё в одном адресе случилась подобная заминка. Остальные же десять честно соврали, что посторонних среди них не было. И ещё все дружно соврали, что не слышали крика потерпевшей. Так что, курсант, наша с тобой задача − повторно переопросить некоторых школьников и получить от них имя постороннего. То есть грабителя. Ибо он, с вероятностью в 100 процентов, был там. А далее, упрёмся – разберёмся. Задача ясна?

– Так точно!

– Хорошо. Утром, пока ты с моим сейфом боролась, я сходил в паспортный стол и сделал подробную выписку о родителях тех школьников и небольшой её анализ. Потому все двенадцать семей мы топтать не станем, поскольку там есть и такие, куда без противогаза лучше не соваться. И их ровно половина. А вот остальные шесть семей мы потеребим максимально тщательно. И максимально вежливо. Из тех шести в трёх семьях отцы − военные. Вот с них и начнём. Всё-таки большинство наших военных со словом честь дружат вне зависимости от общественно-политического строя за окном.

Та улыбнулась.

– Что, папу вспомнила?

Кивнула.

– Ну и славно. Итак, заходим в ближайший адрес, где я буду давить на совесть школьника в присутствии, надеюсь, отца. А вот если отца дома не случится, тогда даже не знаю, что делать. Допрашивать детей в присутствии их мам у меня как-то не очень получается. Мамы обычно серчают на меня уже на второй минуте допроса и нафиг тут же посылают. И жалобы следом строчат.

– И до ЮНИСЕФА включительно?

– Да. Пошли.

В квартире, как и предполагал, нас встретила мама, тут же накинувшаяся на меня с гневной отповедью, мол, вчера вам всё сказали, мол, добавить нечего, мол, подите вон. Стерпел, и начал максимально вежливо пояснять, что покуда не услышу от её ребёнка имя постороннего – не отстану. Причём, если у вас дома не услышу имени того, то потом буду вас лично допрашивать, и не в своём кабинете, а на вашем рабочем месте, в присутствии коллег и начальства вашего, да с ненавязчивым акцентом, что вы покрываете грабителя…

Та взъярилась и только что не с кулаками на меня набросилась.

Практикантка вклинилась между мной и мамой той, вытолкав меня за дверь, мол, покурите немного на улице, а я тут сама поговорю.

– Повестку ей на завтра выпиши, на 10.00! – крикнул уже из подъезда, чтоб весь дом слышал.

Вышел на улицу. Присел на лавочку. Закурил. Поднял с земли прутик. Начертил на промёрзшей земле: МАЛИНИН.

Жду.

Через пятнадцать минут является практикантка, сияя что прабабкин самовар. В руках лист бумаги, победно воздетый над головой.

“Молоток!” – думаю, − “Выбила всё же имя постороннего!”

Та подходит и взглядом упирается в надпись на земле. Улыбка сходит с лица. Хмурится.

– Так это что, провокация была?

– Нет, курсант, это был наглядный пример работы опера по одному из параграфов приказа “Два нуля пять”, гласящего, что любую необходимую информацию можно добыть тремя путями: прямым, когда субъект понимает, что именно из него выуживает опер; скрытным, когда тот понимает, что опер из него что-то выуживает, но не понимает, что именно; зашифрованным, когда никто ничего не понимает. Включая опера. Шутка. В данном случае мы с тобой разыграли любимую схему всех оперов под названием “хороший и плохой следователь”. Я был “плохой”, ты – “хороший”. Мне не привыкать, а тебе – урок. На будущее пригодится. Ты ведь эту же фамилию на бумаге принесла?

Та кивнула.

– Ну и славно. Грабёж раскрыт. Осталось лишь явку с повинной из грабителя вытянуть. Ну да это дело техники. Завтра займёмся. Подустал что-то я сегодня. Морально. Кражу и грабёж за один день, точнее за полдня раньше не доводилось раскрывать. А тут − ишь как попёрло! Солнышко ты наше!!!

Улыбаюсь.

Та сияет.

– Пять – ноль! – говорю.

– В чью пользу? – спрашивает та.

– В нашу!!!

***

 

Практикантка, ч.3 Торт

Конец третьей части

Окончание следует


  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
  • Практикантка, ч.3 Торт
3

Автор публикации

не в сети 2 часа

KOMPAD OM

Практикантка, ч.3 Торт 361
Комментарии: 219Публикации: 61Регистрация: 11-12-2019
Если Вам понравилась статья, поделитесь ею в соц.сетях!